«Все-таки она не лишена дара, пусть интуитивный, но эмпат, – с удовольствием думал Раим. – Или просто умница, догадалась все, о чем рассказывает, сопроводить мысленными иллюстрациями». Показала примитивное строение со странными животными, бивни у которых торчали над ушами, а не из носа. Эмоциональный посыл – это еда. Дала понять, что знает, каково это – добывать насущное своим трудом. Потом было видение, смысл которого ни с чем не перепутаешь – явный лекторий. Юноши и девушки, почти подростки, внимают энергичному взрослому, что-то стремительно пишущему белым на большом плоском предмете, выкрашенном в зеленое.

С образованием все мутно. Лавэ понял только, что ее учили работать с деревом. Образ огромной связки бревен, плывущей по воздуху, поразил: такая тяжесть – и перемещается без магии. И на закуску то, чем Ольга явно гордилась, – не совсем понятная деятельность, как-то связанная со шкафами. Впрочем, неважно. Очевидно главное – дама обладает навыками к обучению и умением пользоваться своими знаниями. Это уже больше, чем можно ждать от привратницы. Даже вид пожилой матроны ей в плюс – не будет будить в наездниках нездоровые инстинкты охотников.

– Я слыхал, в вашем мире женщин обучают наравне с мужчинами? Неужели правда?

– Если они этого хотят и проявляют достаточные способности, – последовал осторожный ответ. – Без приличного обучения трудно рассчитывать на хорошую работу. А у вас?

– Вы и этого не знаете? – Да что за бардак творится в департаменте параллелей?! Раим тихо ярился, но собеседница не виновата, что ее выпнули в новую жизнь неподготовленной. Поэтому не ответить он не мог: – В нашем мире довольно мало женщин, как правило, им нет нужды тратить годы на обучение.

Материнство – вот их долг. – Лавэ немного лукавил, любую догму можно обойти. – Разумеется, я говорю о женщинах, в жилах которых течет кровь одаренных.

До Оли не сразу дошло, что под одаренными имеются в виду способные к магии. В глубинах сознания зашевелились какие-то сведения, которые раньше ей были как-то без надобности. И предчувствие, что новые знания ей не понравятся. Лучше пока замять тему.

– Господин Шенол, вы хотите узнать обо мне что-то еще?

– Разве что… Хотя это пока неважно.

– Раим хотел спросить, почему она не воспользовалась правом на омоложение, но удержался. У самого рыльце в пушку – пугает народ своими сединами и не спешит объяснять причины. – Итак, Олгэ, – и старательно поправился: – Ольга...

– Вы можете называть меня просто апатой, – мягко перебила Оля, – раз вам трудно привыкнуть к моему имени."

"– Увы, дорогая Ольга, вам это обращение больше не подходит, – и отмахнулся от недоумения, – теперь вам пристало обращение «туэ». Не пугайтесь, я в своем уме. Вот взгляните.