Судя по всему, он понятия не имел о том, что за ним наблюдают. Чариз чувствовала, как ее переполняет ненависть. Он был примерно в десяти ярдах от нее, достаточно близко, чтобы она могла заметить, что выглядит он еще хуже, чем вчера. Глядя на него, невозможно было поверить в то, что он носил один из самых древних титулов королевства. В своей грязной рваной одежде, с длинными засаленными волосами, он вполне мог сойти за нищего.

Один из корнуольцев неслышно вырос из-за папоротника, который рос у самого входа. К нему присоединился еще один. Используя заросли папоротника в качестве прикрытия, она обошли Хьюберта со спины. Пара неслышных шагов, и один из мужчин зажал Хьюберту рот, а другой быстро свалил его с ног.

Борьба закончилась за несколько секунд. Хьюберт лежал связанный с кляпом во рту. Он извивался, когда его оттащили от входа в пещеру. Возмущенное мычание резко прекратилось, когда один из нападавших пнул его носком сапога под ребра.

Феликса видно не было. Чариз изо всех сил сжимала рукоять пистолета. Акаш поднял пистолеты.

— Хьюберт? Что за дурацкие шутки?

Раздраженный вопрос Феликса эхом отразили стены пещеры. Одна из лошадей нервно фыркнула и затрусила к зарослям папоротника.

— Что происходит? — Феликс появился у входа.

И тут же скользнул назад, в укрытие.

Чариз охватили недобрые предчувствия. Шанс еще одной неожиданной атаки был упущен. И она до сих пор не видела Гидеона. Вновь и вновь она повторяла слова молитвы: «Господи, сделай так, чтобы с ним все было в порядке!»

— Выходи. Игра окончена.

Акаш поднялся во весь рост. Голос его звучал громко и уверенно. Те, которые сейчас находились в шахте, не могли его не слышать.

— У тебя нет шансов выйти сухим из воды.

Талливер, скрывавшийся в зарослях над входом в шахту, спрыгнул вниз. Он по-прежнему находился у Феликса за спиной, и тот его не видел. За поясом у Талливера был кинжал, а в руке он держал пистолет. Для такого крупного мужчины он двигался с поразительной ловкостью.

Феликс крикнул из шахты:

— Вы забыли — у меня Тревитик.

Чариз очень хорошо был знаком этот тон. На одно мгновение этот голос перенес ее ко времени их первой встречи с новой семьей. Именно таким голосом он выразил свое презрительное отношение к своей сводной сестре. Тогда отец Феликса надавал ему тумаков. Куда больше тумаков досталось Чариз, когда Феликс и Хьюберт получили ее в свое распоряжение.

Акаш направился к пещере с пистолетами наготове. Высокий, с прямой спиной, уверенный в себе.

— У нас твой брат.

— Вы не сделаете Хьюберту ничего плохого. Я, напротив, не настолько щепетилен со своим заложником."

"Чариз не могла больше ждать. Она поднялась и направилась ко входу в шахту. Сердце ее учащенно билось.

— Гидеон, ты в порядке?

Ответа не последовало.