— Анна говорила с истеричной горечью.

Дарья для приличия помолчала, сочувствующе глядя на закуривавшую Анну. Дождалась, когда та сделала первую глубокую затяжку, и задала вопрос. О себе, естественно, как всякий истинный артист:

— Что же мне делать, Аня?

Анна выпустила дым через сморщившийся от улыбки нос и покровительственно успокоила:"

"— Не боись. Что-нибудь придумаем. Сказал же один умник, что жить в обществе и быть независимым от этого общества нельзя. Мы все зависим друг от друга. Но отвечать за себя, за свои поступки мы можем и должны. Пешкой быть, конечно, противно.

Особенно в лапах коммерческой шпаны. Вот от шпаны-то я и постараюсь помочь тебе освободиться.

— Об этом и прошу, Аня, — смиренно потупилась Дарья.

— Но учти, без профессионалов в чисто финансовых делах тебе не обойтись.

— Ты-то обходишься…

— Хрен-то обхожусь! Без так называемых продюсеров и менеджеров, которые без спроса лезут тебе в карман и в душу, да, обхожусь. Но чисто финансовыми моими делами занимается специалист, не имеющий никакого отношения к шоу-бизнесу.

— Вот бы мне такого! — помечтала Дарья.

— И моторный администратор необходим.

Лучше всего какого-нибудь бойкого паренька своим любовником сделать, чтобы предан был.

— Аня… — почти беззвучно взмолилась Дарья.

— Да, я совсем забыла, что у тебя Жорка… — И вдруг великую певицу осенило: — А что, если Жорку администратором сделать?!

— Не захочет, — рассмеялась Дарья.

Анна подмигнула:

— Ладно, попросим Железного Шарика, чтобы делового, но застенчивого подыскал.

— А кто такой Железный Шарик?

— Железный Феликс, как тебе известно, Дзержинский, — с удовольствием приступила к объяснению Анна.

 — Был Железный Шурик. Это председатель КГБ Шелепин. А теперь у нас с тобой — Железный Шарик.

— Тоже из ГБ? — испугалась Дарья.

— Типун тебе на язык! Миллионер, владелец «Мирмара» Борис Евсеевич Марин.

— А почему Железный?

— Потому что железный.

— А почему Шарик?

— Потому что круглый и катится.

— И накатывает? — поинтересовалась Дарья.

— У тебя время есть? — задумчиво спросила Анна.

— А что?

— Через час Железный Шарик ко мне закатится. Вот и посмотришь, какой он.

* * *

— Тварь ты! Последняя тварь! — заорал на Андрея Альбертовича Сырцов.

Он ходил по подвалу, легонько подвывая, как от зубной боли. — Ты же знал, сволота, что этот «ТТ» погубит мальчишку!

— А что я, что я? Меня попросили, и я достал, — не оправдывался, а, скорее, удивлялся непонятливости собеседника Андрей Альбертович. Он как сел, так и сидел: задвинув ноги под табурет, спина прямая, ладони на коленях.

— Ладно. Проехали, — решил Сырцов. — Теперь о Генрихе. Как он там прозывается? Федор Федорович Заволокин? Я полагаю, что его ты вербовал.