Что ж, прикажете пустоту молотить кулаками, ничто уничтожать? Что же мне с тобой сделать, Дрюня?"

"— Отпусти меня, Жора, — снова попросился в Тамбовскую губернию Рябухин.

— А куда это вы вдруг засобирались? — вспомнил Сырцов. — Заспешили, засуетились. Отчего?

— Запахло жареным, — признался Андрей Альбертович.

— Тебя предупредили?

— Меня взрыв на кладбище предупредил. Хотя про эту берлогу ни Радаев, ни Варицкий не знали, решил я когти рвать. И отсюда, и из Москвы.

— Что же мне с тобой сделать? — задумался Сырцов.

— Отпусти, а? — то ли подсказал, то ли попросил Рябухин.

— Я тебя Лене Махову сдам, — наконец решил Сырцов.

— Он меня убьет! — в отчаянии взревел Рябухин.

— Он тебя и пальцем не тронет.

— Сам-то не тронет. Он просто посадит меня в камеру с уголовниками!

— Твои заботы, — равнодушно откликнулся Сырцов на рябухинский крик души.

* * *

Железный Шарик, он же Круглый Боб, он же финансист, предприниматель и миллионер Борис Евсеевич Маркин устроился в середине обширного дивана, по краям которого сидели две знаменитые певицы. Он, как петух на насесте, повертел головой, переводя подчеркнуто восхищенный взгляд с одной патентованной красотки на другую, и сообщил отсутствующим зрителям:

— Я в раю, и рядом — райские птицы с колдовскими голосами.

— Цыпочки, — грубым голосом сказала Анна.

— То есть? — обалдело удивился Марин.

— А что тут понимать? — агрессивно продолжила Анна. — В моем беззаботном отрочестве, прошумевшем в незабвенном Кочновском переулке, так ко мне обращались застенчивые ухажеры. Прешь, бывало, с подружкой, а сзади: ""Цыпочки!"" Обернешься неосторожно на зов, и тут тебе вопрос от кавалера: ""Говно клюете?"" Так вот и ухаживали за мной в те времена.

Борису Евсеевичу рассказ понравился. Он покровительственно улыбнулся Анне, для которой, знал отлично, шокинг — любимый прием в диалоге.

— Наша непредсказуемая примадонна в своем репертуаре, — бойко констатировал он. — Кстати, насчет поклевать. Я с утра не жрамши.

— ""Навозну кучу разрывая, петух нашел жемчужное зерно"", — совсем распоясалась Анна и крикнула очередной своей рабыне: — Марина!

Марина возникла в дверях тотчас.

— Мариночка, лапочка, сообрази пожрать, а? — нарочито униженно попросила Анна, чтобы доставить той удовольствие. — Что-нибудь у нас найдется?

— Я свиные отбивные вмиг поджарю, — с энтузиазмом заверила Марина.

— Трефное, Боб, — предупредила Железного Шарика Анна.

— Запретный плод сладок, — весело ответствовал он.

— Тогда, пока Марина там колдует, поговорим, Боб, о Дарье.

Молчавшая до сих пор Дарья за прошедшее время хорошо подготовилась к драматическому моменту.