Мы с Варварой Глебовной вызываем вас с Тохой на соревнование. Главный приз — матушкино одеяло. То самое, которое для первого внука. Кто первый успеет, тому и одеяло достанется. ДА! Представь, мы тоже! Варя, — отодвинул телефон от уха. — У нас какой срок?

Варя усмехнулась и потянулась к трубке."

"— Ниночка, прими мои поздравления! Очень рада за тебя и Антона!

— Не переводи разговор, на кону одеяло! — перехватил управление телефоном Тин. — Какой у нас срок?

— Примерно пять недель.

— У нас пять недель, слышала? — это уже было в трубку. — А у вас? Тоже? Ага, а кто — мальчик, девочка? — прижал телефон к плечу и заговорщицким шепотом спросил у Вари: — А у нас кто будет, Варежка?

— Балда ты, — усмехнулась она и легко щелкнула его по носу. — На таком сроке этого никто не знает.

— Ага. Мне уже и Нинка слово в слово то же самое сказала, — а потом снова в трубку. — Ну и ладно! Все равно, соревнование за одеяло объявляется открытым! Все, целую будущую мать в щеки крепко-крепко. До встречи, Тохе привет.

А потом он и Варю обнял крепко-крепко и стал медленно раскачиваться — вдвоем. И шепнул ей на ухо.

— Ну, все, родная, что хочешь, то и делай, но одеяло мы должны отхватить!

____________

Валентина Васильевна Лушина, заслуженный работник культуры, обладательница двух почетных грамот Министерства юстиции и заведующая ЗАГСом на протяжении двадцати пяти лет своей жизни с сильным неодобрением разглядывала явившуюся для сочетания браком пару и их гостей. За четверть века безупречной службы Валентина Васильевна повидала всяческих свадеб, самых разнообразных новобрачных, самых причудливых гостей этой церемонии. Но нынешняя свадьба переплюнула всех.

Во-первых, невеста была в положении. В заметном таком положении. Дело житейское, в общем-то. Если бы невеста так не выпячивала это самое свое интересное положение. Во времена молодости Валентины Васильевны девушки этого стыдились и всячески пытались маскировать беременность. Эта же — несла ее с гордостью, будто достижение какое. Аккуратный круглый животик плотно облегало платье. Красивое, кто б спорил. Но не для невесты же — да притом беременной невесты — темно-вишневого цвета эластичное кружево на непрозрачном белом чехле!

Во-вторых, невеста была рыжая. Правда — тут Валентина Васильевна была вынуждена признать очевидное — прическа из затейливо заплетенных и красиво уложенных кос невесте необыкновенно шла, и как-то даже примиряла с совсем не невестиным платьем и лаковыми шпильками. Но жених-то… Господи, каков был жених.

Под два метра, наверное. Никакого тебе костюма приличного — ни пиджака, ни галстука, ни бутоньерки. Брюки черные классические — и на том спасибо. Рубаха белая — но навыпуск, и на две пуговицы верхних не застегнута.