Я приподнимаю веки, вижу Медведя и внутри сразу как-то теплее становится. Не так страшно.

— Привет, — хриплю, в горле пересохло.

Михаил тут же поворачивается в мою сторону. Ощупывает взглядом. По его лицу сразу всё видно. Насколько он устал. Как вымотался. Переживал. Синяки под глазами. Этот взгляд… От которого хочется съёжиться.

— Как ты себя чувствуешь?

Когда он подходит ближе, мне даже выдохнуть хочется. Я снова себя накручиваю.

— Голова болит, тело всё ноет и как будто выкручивает. А в остальном не так плохо. — Произношу тихо. Взглядом по его лицу скольжу. Никак не могу отделаться от мысли, что что-то не так. Что-то изменилось. И я пока не понимаю, что именно.

— Врач сказал, что нужно несколько дней на восстановление. Главное, что нет серьёзных повреждений.

— Я спрашивала за Майю у медсестры, она сказала, что с ней тоже всё относительно неплохо. Я даже не представляю, что ты пережил за это время. Ты её навещал? Как она себя чувствует?

— Пришла в себя, — Михаил отходит к окну, смотрит в него долгих две минуты, пока я буквально схожу с ума от нервов и догадок. Он не такой, как раньше. И я не понимаю…

— Прости, я, наверное, могла её остановить и… Я пыталась, но всё получилось, как получилось и я…

— Ты не должна извиняться, Майя сама несёт ответственность за свои поступки. Взрослая уже.

— Ты можешь со мной поговорить? — Я наконец не выдерживаю и произношу чуть громче. Я не могу так. Меня всю изнутри колотит. Мы как будто разговариваем. Он здесь. А как будто и далеко. Не со мной.

— Ты только пришла в себя, тебе нужно отдохнуть. Я просто хотел убедиться, что с тобой всё хорошо.

Господи, нет, он хочет просто уйти и оставить меня одну с догадками?

— Ты можешь мне сказать, что случилось?!

— Ты давно знаешь, что Майя употребляет? — Михаил разворачивается ко мне, смотрит в глаза. А меня как будто ведром ледяной воды окатывают. Он так резко задаёт вопрос, не ходит вокруг да около.

Я опускаю взгляд на свои руки. Рассматриваю пальцы. Понимаю, что нужно говорить правду. Моё желание не влезать привело к тому, что я здесь. Нужно было сказать с самого начала. А теперь… теперь получается, что я скрывала и врала?

— Я не знала точно, — произношу тихонько, — я подозревала. Отмечала смену её настроения. Первый раз начала подозревать, когда она ночевала у меня. Она тогда… тогда пришла поздно. Очень поздно. Практически перед твоим звонком. Была с Марком. Я сначала подумала, что она просто перебрала алкоголь и…

— Тогда, когда я просил тебя хотя бы намекнуть, что она мне врёт?

Господи, кровь в венах как будто замерзает, разрывая их изнутри. Он не обвиняет. В его голосе нет даже намёка на это. Но…

— Она мне подруга. Просила прикрыть перед отцом.