Напротив универсального магазина курица клевала огрызок яблока. В пыли развалилась собака. Два человека в ковбойских сапогах с высокими каблуками, в сдвинутых на затылок шляпах, сидели на краю дощатого тротуара, третий, покуривая сигарету, прислонился к столбу крытого ветками навеса. Он покосился на всадников и небрежно поднял руку, приветствуя их.

Клэй Белл с удовольствием оглядел улицу. Он был добродушным человеком с широкими плечами и узкими бедрами прирожденного наездника, человеком, который выглядел невозмутимым, уверенным в себе и готовым ко всякой неожиданности, но по его глазам можно было увидеть, что он способен оценить юмор и хорошую шутку и в любой момент улыбнуться. Револьвер он носил так же непринужденно, как шляпу или рубашку.

Он знал жителей этого города и любил их. Появившись здесь никому не известным парнем, сейчас он был частицей города. До приезда сюда он не чувствовал привязанности к чему-либо.

Из салуна «Хоум-стейк» вышел крупный мужчина в клетчатой шерстяной рубашке, подвернутых до середины икр брюках и ботинках со шнурками. По одежде в нем безошибочно можно было угадать лесоруба.

В Белле шевельнулось тревожное любопытство — единственный лес поблизости от Тинкерсвилла находился на его ранчо, в горах Дип-Крик.

По разбитым доскам моста в дальнем конце городка прогрохотала повозка, запряженная парой прекрасных вороных. Повернув на главную улицу, они неслись быстрой рысью навстречу всадникам.

Повозка неожиданно затормозила рядом с ними, подняв столб пыли.

Рослый мужчина в шнурованных ботинках, кинув вожжи своему спутнику, легко спрыгнул на землю. Его темный, хорошо сшитый костюм и белая шляпа с твердыми полями резко контрастировали с ничем не примечательной, рабочей одеждой прохожих.

В том, как этот человек шел, чувствовалась непоколебимая уверенность в себе. В каждом движении читалось нетерпение и привычка повелевать. Он увидел Клэя Белла на коне с клеймом «Би Бар».

Он поднял руку.

— Эй вы!

Билл Коффин подтолкнул локтем Белла.

— Посмотри-ка, что к нам идет, — тихо сказал он. — По-моему, оно хочет поговорить.

Гладко выбритое, белокожее лицо рослого человека выдавало в нем приезжего с Востока, но Белл инстинктивно понял, что перед ним не нежное городское создание.

— Ты Белл?"

"Несколько любопытных прохожих замедлили шаг и с интересом обернулись на громкий голос. Тон был резок, в нем слышался вызов. Граждане Тинкерсвилла любили скандалы. Если не считать неопределенных разговоров о перспективах добычи золота, ценах на скот и любовных романах, у них было мало развлечений. Клэй Белл подождал, пока человек не подошел вплотную к нему. И даже тогда помедлил, чтобы подошедший взглянул на него снизу вверх.

— Да, меня зовут так.