В момент, когда беспомощно моргающая, она послушно поплелась в ванную умываться, Каблуков испытал настоящий триумф победителя."

"Все последующие вялые трепыхания благоверной скорее напоминали ему затухающую агонию и явно не могли привести к внятному сопротивлению. К тому же, он не поленился подготовиться и, случись осечка, ни полиция, ни загс не приняли бы от Ульяны никакого заявления.

И все же… Кто мог знать, что эта нежная, трепетная фиалка не постесняется из еще не остывшей супружеской постели прыгнуть в койку к другому мужику?

- Что ты мне дала?! Это же жрать невозможно! - вспомнив о сопернике, которого так просто не прижмешь, психанул Каблуков.

- Этими помоями ты своих молдавских свиней корми. Поняла?!

Карина прижала к искривившимся губам кухонный фартук и тоненько заголосила. Между прочим, это был фартук его жены. Каблуков взбесился еще больше.

Ближе к ночи кошмар продолжился.

Приодевшись в красивую ночную сорочку и накинув сверху кружевной халатик, Карина вошла в спальню. К слову сказать, совершенно унылую и пустую. По крайней мере, так она считала.

Еще в первый день, едва Улька куда-то смоталась, Карина сунула нос в эту святая святых чужих супружеских отношений.

Сунула и испытала глубокое недоумение.

Белые стены, минимум мебели, причем последняя - без единой завитушки. Подобный дизайн Карине казался сравни табуреткам, которые в их деревенской школе делали девятиклассники на уроках труда. Шторы, люстра, прикроватный коврик, все какое-то… никакое. А ведь денег у Каблукова было предостаточно, чтобы при желании упаковать тут все в золото. Да и по собственному опыту она знала - Эдик весьма жалует вещи дорогие, по которым без труда можно понять статус их владельца.

Разве что большая тонкая плазма на стене с золотистыми буквами логотипа служила единственным свидетельством немалого достатка того дома, в который Карина благодаря собственным немалым стараниям попала.

В остальном, даже растения в больших деревянных и плетеных кашпо ее разочаровали. Все сплошная ботва, ни одного, пусть и подвявшего, цветочка. Карина искренне не понимала, что в этом может быть хорошего? Лопухи да и только! Ведь те же орхидеи куда красивее, или фиалки на худой конец.

В общем, спальня четы Каблуковых Карине категорически не нравилась.

Руки так и чесались поскорее все тут переделать. Жаль, пока это было невозможно. Достижением был уже то, что Эдик не стал возражать, когда после побега Ульки Карина, будто бы невзначай, заняла ее место.

Мышкой прошмыгнув к кровати, Карина присела на свою половину и, сняв тапочки, стала осторожно укладываться. Наоравшись, с видом, словно делает великое одолжение, Каблуков набил брюхо ее стряпней, а после закрылся в спальне и, спустя некоторое время, громогласно захрапел.