Когда на минутку остановился, раздумывая, чтобы еще поставить на стол, раздался голос, от которого я сразу вздрогнул — в подвале никто еще не говорил, кроме меня самого!

— Просто чудо! Ты что так дернулся?

Она появилась у меня за спиной и дотронулась до плеча.

— Как в ресторане. Нет, даже лучше!

— Ты уже встала? — я задал довольно глупый вопрос.

— Только сейчас. Но я давно не сплю — не хотела тебе мешать. И… не знала, что нужно…

— Делать? — я натужно улыбнулся. — Делать придется многое. Например — помогать мне с выбором. Ты что предпочитаешь? Вино или покрепче? Она заметно поморщилась и резко отрицательно мотнула головой.

— Это всегда на завтрак? А без этого нельзя? Я совершенно не пью.

— Вот как? Ну… наверное, это не так уж и плохо. Я просто хотел отметить нашу встречу, наше возвращение… И все остальное. Но, если ты не хочешь, не будем.

Ната заметно смутилась.

— Прости. Я не подумала о том, что тебе, возможно, это нравится. Ты, если так хочешь, конечно же, можешь выпить. А я ограничусь чем-нибудь другим — не против?

— Вообще-то, я тоже не страстный поклонник спиртного. Любитель, скорее… И то, предпочитаю пить в компании. Так что, если сок, можешь налить его и мне.

— Правда?

Она с недоверием посмотрела мне в лицо.

Я кивнул:

— Правда. Если опасаешься, что связалась с алкоголиком — брось. Я не из этой породы.

Она промолчала, но я заметил, что она заметно расслабилась. Видимо, мой ответ рассеял некоторые подозрения на этот счет… Пока она помогала накрывать на стол, я украдкой рассматривал девушку. Ростом она едва доходила мне до плеча, во всех движениях присутствовали плавная грация и мягкость. Волосы Ната распустила свободно, по плечам — они у нее спускались намного ниже лопаток, почти до пояса, и имели темный, чуть ли не коричневый оттенок. Глаза карие. Руки — нежные, но сильные. Покатые ключицы, тоненькая талия… Похоже, она занималась спортом в лучшие времена, или, чем-то вроде танцев. А улыбалась так, что от одного этого камень, лежавший у меня на сердце, после этой ночи, вмиг растаял… Нестерпимо захотелось ее обнять и поцеловать, и я спешно отвернулся, чтобы не выдать блеска глаз.

Ната выбрала яблочный сок. Я вскрыл банку своим ножом. Увы, но консервного, в подвале так и не нашлось.

— Ната… За тебя.

Она задержала стакан в руке.

— Почему за меня?

— Потому что я — мужчина. А у мужчин принято пить за женщин…

— Даже если эта женщина — всего лишь подросток?

— По правде говоря, мне кажется, ты не совсем обычный подросток… Да, даже так. Только у меня возникли сомнения… Некоторым образом, ты всячески даешь понять, что относишься к старшей возрастной группе. Тебе, действительно, четырнадцать лет?

Ната улыбнулась:

— Все-таки, не поверил… Да, мне четырнадцать. Четырнадцать с половиной лет — не больше.