Бог да благословит вас всех, братья и сестры! Пойдёмте и вы, Лидия Николаевна, вы и не поели почти ничего с утра, да и устроиться вам ещё нужно на месте. Где же у нас Лидия Николаевна?

Батюшка закрутил головой, щурясь старенькими глазами:

– Вроде только что тут стояла, подле меня…

Влас тоже обернулся, ища глазами учительницу, и вдруг взгляд его замер, и он побледнел.

На высоком берегу над рекой стояла Лидия Николаевна, ветер растрепал её косу и раздул подол голубого платья. Внизу текла река, а в её водах отражались деревья и небо с белыми облаками, и весь этот образ был в точь-точь, как….

– Не может быть, – Влас тряхнул головой, отгоняя видение.

– Лидия Николаевна! – позвал её батюшка, – Идёмте!

Та оглянулась и быстрым шагом направилась к ним."

"– Я тоже сегодня пойду, – сказала Надийка, – Дядя Влас, вот тебе рисунок, ты просил посмотреть, как икона лучше будет смотреться, так я там перерисовала малость.

– А? – сказал растерянно Влас, – А, да-да…

Он машинально взял рисунок из рук Надийки, но даже не взглянул на него, а стоял и всё глядел вслед удаляющимся батюшке, Захарихе, Надийке и Лидии Николаевне.

Та неожиданно оглянулась, и их с Власом взгляды встретились. Она тут же отвернулась и зашагала быстрее.

Надийка взяла учительницу за руку.

– Дядя Влас такой хороший, – зашептала она, – Он мой крёстный. Он всё-всё умеет делать по дереву. А дом у него как сказочный дворец! Всё там резное, кружевное, словами и не описать. А сколько он мне всего подарил…

Лидия Николаевна покраснела, кивнула девочке, и они направились по дороге к дому Захарихи.

ГЛАВА 31

Летело лето, словно песня крылатая, словно стая легкокрылых бабочек, словно быстрая река.

Надийке казалось, что вот только было утро, как уже и длинные тени протягивались от липы, что росла за окном её спаленки, и в комнате становилось тихо и сумрачно. Очередной день промчался… Так, день за днём пролетело вереницей и всё лето. За это лето Надийка вытянулась, выросла и превратилась в хорошенькую юную девушку с милыми ямочками на щёчках, которые особенно видны были, когда она улыбалась или звонко смеялась. Солнышко щедро расцеловало её, оставив на зиму россыпь веснушек на этом светлом, открытом лице, и несколько выбеленных, выгоревших прядей у лица. Она подружилась с учительницей Лидией Николаевной, целыми днями пропадала на стройке, помогала людям, спорила о чём-то с Власом, бегала к Марии и маленькой Ладушке, и радовалась тому, что жизнь её кипит и бьёт ручьём, и полна стольких событий.

За лето Лидия Николаевна выучила Надийку хорошо читать, считать и писать. Они занимались по вечерам, когда Захариха уже ложилась отдыхать после дневных хлопот.