Кровати Надийки и Захарихи, заправленные пёстрыми лоскутными покрывалами, с подушками в изголовье, выделялись яркими пятнами, радовали глаз.

После обеда батюшка спросил Надийку:

– Ну что, покажешь мне, что ты там нашила, моя милая?

– Покажу, только, – Надийка замялась, – Я волнуюсь, вдруг вам не понравится, я ведь ни разу ещё не делала такую работу.

– А ты не волнуйся, – погладил её по волосам батюшка, – Всё когда-то бывает впервые, не надо переживать, вон какая ты мастерица!

Батюшка обвёл рукой избу:

– Погляди-ка, сколь красоты нашила!

Девочка смутилась, улыбнулась и побежала в свою горницу.

Оттуда она возвратилась с большим свёртком, и, водрузив его на стол, принялась выкладывать то, что она сделала за это время по поручению батюшки.

– Только пока не глядите, – попросила она.

Захариха и священник послушно прикрыли глаза. Наконец, Надийка воскликнула:

– Готово!

И Захариха, открыв глаза, ахнула, а батюшка молча перекрестился. Так стояли они с минуту, застыв на месте, и лишь любуясь красотой и благолепием, открывшимся их взорам. Батюшка склонился к каждой иконе, прикоснулся к окладам рукой, погладил лики.

Образы святых вышиты были гладью, глаза святых мучеников и Божиих угодников смотрели на присутствующих, словно живые, и в какой бы угол комнаты ты не встал, они зрили на тебя с грустью, покоем и мудростью во взоре. Оклады икон изукрашены были бусинами, стеклярусом и жемчугом. Блики от камней играли цветными зайчиками под падающими из окон солнечными лучами и мягкий свет, исходящий от них, наполнил избу. Захариха со священником переглянулись, без слов поняв друг друга, сердца их замерли в благоговении, это были чудесные, живые работы, хотя и созданы они были из простых поделочных камушков и недорогих нитей, которые могла позволить себе Надийка.

Батюшка подошёл к девочке и, взяв её ладошки в свои сухонькие руки, прижал их к своему лбу, а после к сердцу:

– Господь тебя поцеловал, доченька, говорил я уже тебе эти слова, но ещё раз повторю. Береги свой дар и не трать его понапрасну. На злые дела не используй, свет людям неси и радость, на завистливых время не теряй, много их будет на жизненном пути, не всем любы чужие таланты, иные, видя их, злобой исходят.

А ты выше этого будь, пожалей таких, это самые несчастные люди, им с самими собой тошно жить. Делай своё дело, а Господь твоё сердце видит. Тебе учиться надо, Надийка. Я тебе помогу. Прежде всего нужно тебе обучиться грамоте, а уж дальше займёмся обучением художеству и рукоделию.

Захариха плакала, слушая слова батюшки, сердце у неё бешено колотилось, и тяготило его что-то, она поняла, что желает исповедаться, облегчить свою душу.