Сейчас же казалось, что они оба имели равное право на этот поцелуй, оба хотели его и оба вкладывали в него нечто большее, чем простое желание. Это было чем-то совершенно особенным, не требующим объяснений и обоснований. Естественным, как вздох. Время будто остановилось, а то, что происходило вокруг, просто перестало иметь какое-либо значение.

Наконец, Фацио через силу отстранился, провел большим пальцем по ее щеке. Заглядывал в глаза, и в его взгляде читалась невыносимая мука.

— Прости меня.

— За что?

Он молчал. Наконец, шумно выдохнул:

— За то, что осталось мало времени. За то, что сразу не рассмотрел то, что теперь ослепляет. За то, что… обрекаю тебя…

Джулия коснулась кончиками пальцев его губ, умоляя замолчать:

— Не нужно, Фацио. Не омрачай эту минуту. Ты ведь не знаешь, как будет дальше. И я не знаю. Никто не знает.

Никто не знал даже того, выйдут ли они из этого подземелья…

Она тут же осеклась, испугавшись собственной смелости. Собственного жеста и собственных слов. Но Джулия хотела сказать ему «ты», хотела назвать по имени. Хотя бы однажды. Это было важно. Особенно сейчас.

Фацио замер, ловил каждое слово. Прошептал:

— Скажи еще раз.

— Что сказать? — Джулия чувствовала, что вновь краснеет.

— Мое имя.

Она поднялась на цыпочки и прошептала в самое ухо, чувствуя, как бешено колотится сердце:

— Фацио…

Он даже прикрыл глаза от наслаждения и вновь потянулся за поцелуем, но Лапушка все разрушил. Нетерпеливо тявкал и подскакивал на месте, словно блоха. Джулия повернула голову и даже задержала вдох. В глухой каменной стене теперь знакомо подсвечивалась глубокая дверная ниша, которой только что здесь не было. В воздухе уже плыли мерцающие голубые тенета.

Лицо Фацио вновь стало напряженным, каменным, резким. Бархатный взгляд мгновенно утратил мягкость. Он подошел к двери, медленно провел ладонью по створе, будто пытался почувствовать, что скрыто за ней. Повернулся к Джулии:

— Когда войдем, не отставай от меня ни на шаг. Держись за моей спиной и не выходи. Поняла? Ты уже видела, что бывает.

Джулию от ужаса мгновенно сковало морозом. Она порывисто ухватилась за куртку Фацио:

— Не ходи! Вернемся обратно!

Тот мучительно смотрел в ее лицо. Подался вперед и впился в губы с таким неистовством, будто хотел уничтожить. Словно в последний раз… Наконец, так же резко отстранился и тяжело дышал, стиснув зубы. Покачал головой:

— Теперь не выпустит…

Глава 58

Джулия вцепилась в рукав Фацио, желая, во что бы то ни стало получить ответ:

— Кто не выпустит? — она вглядывалась снизу вверх в его напряженное лицо, на котором метались беспокойные всполохи фонаря. — Ответь. Хотя бы теперь. Довольно говорить загадками. Умоляю.

Фацио лишь сцепил зубы, опустил голову. Молчал, прожигая взглядом.