— Обвиняешь меня? Это же ты была инициатором! В отпуск мечтала рвануть с Петровым, а мерзкий злой начальник не отпускал.

— Проехали, — тяжело вздыхаю, вспоминая о самой главной ошибке в жизни. — И как это у нас с тобой Виточка так получается, что ты всегда в золоте и в белом пальто, а я на обочине жизни. Иногда мне кажется, что ты заняла мое место в жизни. Видимо хорошая судьба при нашем рождении была выдана лишь на одного ребенка…

— Неблагодарная! Нужную сумму скинь эсэмэской, деньги переведу на твой расчетный счет. Лично с тобой я отказываюсь разговаривать в подобном тоне! Пока не сменишь интонации, не звони.

— Дай трубку Ванечке!

— Ванечке? Пока ты отсутствовала, он вырос до двадцати одного годочка, стал Иваном и ушел в армию! Служит на контракте.

— Армия? Контракт? Надеюсь не… — сердце неприятно ёкает. Как же так? Его мать даже не дала ему приехать ко мне, запретила общаться с любимой тетей. Ведьма Виталина!

— Разговор закончен. Пока не перестанешь винить во всём меня, не звони. Я не намерена выслушивать этот бред. Знаешь, иногда радуюсь, что папа не дожил до твоих обвинений.

Сестра отключается, а я застываю на месте. Смотрю пустыми глазами на парковку, но вижу лишь туман.

Туман прошлого поглощает меня.

* * *Четыре года назад

— Твой папа обязан купить нам большой дом, и назначить меня директором московского офиса.

— В смысле? — в ужасе гляжу на охамевшего мужа, — Виталина — директор московского офиса. Папа даже собственному сыну Даниилу отказал в этой должности. Не смотря на то, что мачеха Аврора упрашивала его доверить главный офис наследнику. Ты же знаешь, что папа всегда мечтал о том, что именно мальчик унаследует империю. Но так уж вышло, что первой родилась Вита, она стала его Витьком, первонаследным «принцем». Он ее воспитал, сделал из нее лучшего босса на свете — своё подобие. А сейчас ты предлагаешь мне пойти поперек их решений. Нет!

— Ты входишь в Совет директоров, у тебя есть акции и голос!

— Издеваешься? Я не пойду против семьи.

— Я твоя семь. Или ты меня больше не любишь? — Ваня хватается за ключи от машины.

— Куда?..

— Какая разница? Я ведь тебе никто… просто муж.

— Ваня, не утрируй!

Благоверный надевает темную куртку, обувь. В грязных ботинках топчется по квартире, чего-то ищет."

"— Ты обещал Стефании сегодня прогулку в парке, — внезапно вспоминаю, пытаюсь остановить. Может, подумав о дочери, одумается.

— Погуляй сама. У тебя же нет никаких планов… как обычно, — снова обвиняет меня в тунеядстве, забывая, что именно он посадил меня дома, и сделал клушей.

— Но Стефа хотела с тобой! — продолжаю наезжать на Петрова.

— Мамочка, — дочка вырастает за моей спиной. В руках держит огромного белого зайца.

Киваю Ивану на дочь, он не реагирует. Выходит вон из дома.