А на этих макак, свернувших всю кровь злобными вбросами мне давно пора научиться не обращать внимания. Но ведь настроение всё равно испортили…

— Сучки! — буркнув себе под нос, я развернулась, чтобы сбежать.

И упёрлась в широкую мужскую грудь.

— Далеко собралась, маленькая?

— Маленькая?! — фыркнула я, и неважно, что на самом деле пришлось задрать голову, чтобы на него посмотреть, и что прозвучало этос лёгким акцентом и даже ласково, малэнькая. Ибо не хрен! — Ты ничего не попутал?

— Ничего, — посмотрел он на меня сверху вниз и слегка улыбнулся.

И где-то в этот момент, а может чуть раньше, когда мой взгляд упёрся в тёмную бездну его глаз, я вдруг почувствовала то, что в данной ситуации никак не должна была почувствовать. Что я падаю, стремительно проваливаюсь в эту самую бездну и лечу, ещё не соображая, что происходит. Но уже безошибочно понимая: всё, что в эти доли секунды я успела увидеть, оценить, ощутить, вдохнуть и услышать мне… нравится.

Нет, мне не просто нравится, я в полном ахуе от него. От накачанной груди под расстёгнутой на пару пуговиц рубашкой, от мощной красивой шеи с выпирающим кадыком, жёсткой щетины, пухлых чувственных губ, впалых щёк, прямого носа, хищно раздувающихся ноздрей, хмурой складки между густых бровей и вьющихся тёмных волос, что он поправил назад, когда одна упрямая прядь упала на лоб…

Да что там! Я почти потекла. От этой руки, что теперь легла на моё плечо. От всей его грубой мужественности и возмутительной сексуальности, в которой я чуть не задохнулась, потому что забыла дышать — настолько всё это собранное воедино вызывало единственно желание — трахнуть его прямо здесь и сейчас.

Иначе этот тугой комок внизу моего живота никогда не развяжется. И томительное желание прижаться к его плоскому животу, обнять ногами его узкие бёдра, вцепиться ногтями в плечи и почувствовать в себе на всю возможную глубину отодвинуло на задний план все другие чувства. Я даже забыла, что хотела ему сказать. Кроме «Чувак, я хочу тебя!»

— Пойдём, маленькая, — легонько сжал он моё плечо, заставил развернуться и сказал шёпотом в спину, обжигая шею горячим дыханием: — Тебя ждут.

«Меня?..»

Но немой вопрос застыл на губах — от барной стойки нас буравил леденящим взглядом Ренат Алескеров. И то, что секс-машина позади меня — его собственность, не вызывало никаких сомнений."

"Глава 2. Девчонка, что всегда решает сама

— Юлия, — кивнул Алескеров на стул рядом с собой, улыбаясь как удав, готовый вот-вот заглотить добычу. Если бы удавы, конечно, умели улыбаться. И хмыкнул. Когда я, конечно, отказалась. — Спасибо, Камиль!

— М-м-м, значит, Камиль?! — смерила я незнакомца плотоядным взглядом. А потом только растянула губы в улыбку, повернувшись к его хозяину: — Ренат! Какая неожиданная встреча.