Я послушался и заехал на участок, который, по словам Марии, не просматривался камерами видеонаблюдения. Буквально через минуту рядом оказался тёмно-бордовый «Пэйкан» — иранский седан представительского класса с угловатым кузовом и широкими передними фарами.

Тонированное стекло опустилось. За рулём находилась Мария Оболенская.

— Садись в мою машину, — сказала она. — А эту оставь здесь. За тобой следят. Первым делом надо сбросить хвост.

Я взял шашку и пересел на переднее кресло «Пэйкана».

— Кто следит? — спросил я. — Что за опасность мне угрожает?

— Имей терпение. Всё расскажу. За тобой следят многие, в том числе твоя семья.

— Брат установил слежку? Хм. Что ж, стоило ожидать.

— УВР — тоже.

— Разведка? Почему? Что им от меня надо?

— Скоро всё узнаешь, — Мария вдавила педаль газа, и мы выехали по пандусу обратно на улицу.

— И куда едем?

— Говорю же, надо сбросить хвост. Поплутаем по городу.

— А вы разве не заодно с УВР?

— С разведкой? — Мария беззвучно рассмеялась. — Нет, мы не заодно.

Она нажала на кнопку гарнитуры, которая, судя по всему, была от рации:

— Внимание. Выезжаем на Псковский проспект. Объект обнаружен?

Что ей ответили, я не слышал.

Мы выбрались на проспект и помчали в северном направлении. Машин было мало, на светофорах стояли редко, и минут через пятнадцать оказались в промышленной зоне. Тут Мария свернула не улицу поуже. Теперь мы ехали вдоль каких-то предприятий. Вскоре дорога совсем опустела, ограды заводов сменились зарослями, а фонари пропали. Кажется, мы уже покинули город, но Мария продолжала гнать вперёд.

На моих коленях лежала убранная в ножны шашка. Если что-то случится, сумею за себя постоять. Но неизвестность всё равно не давала покоя. Что задумала Оболенская? Зачем везёт меня за город?

— Объект движется за нами? — спросила у кого-то Мария, нажав тангенту на гарнитуре рации. — Хорошо. Веди его. Поворачиваю к фабрике.

Мы свернули на ещё одну дорогу, которая оказалась совсем узкая, да ещё и была разбита в хлам. Наш седан, не предназначенный для подобного покрытия, затрясло на колдобинах и выбоинах.

— Мне это не нравится, — вновь попытался я завести разговор. — Если ты не ответишь, куда мы едем, я уйду, и ты меня не остановишь.

— Никуда. Сейчас обратно поедем. Да не трясись так. Мы тебя же защитить хотим.

— Знать бы от чего…

— Узнаешь скоро.

Добравшись до какого-то заброшенного предприятия с покосившимся бетонным забором и ржавыми воротами, Мария развернула машину, и мы двинулись в обратном направлении. Но вскоре остановились. Впереди показалось ещё одно авто. Оно стояло на обочине с выключенными фарами. Судя по всему, это и был тот самый загадочный «хвост». Она тоже выключила фары и надела тёмные очки, которые, как я предположил, имели функцию ночного видения.