Тогда и началось восхождение Тариса к магическому Олимпу — свитки оказались вырезанными книжными листами из неизвестного источника и содержали в себе несколько заклинаний и подробных описаний ритуалов некромантии. Осознав, что именно попало к нему в руки, младший брат великого Императора прежде всего озаботился тем, чтобы это осталось в тайне от многочисленных святош, что обожают совать нос в чужие дела. На изучение свитков с заклинаниями у Тариса ушло целых полгода. Затем, когда он понял, что ему катастрофически не хватает знаний, он начал усиленные, но крайне осторожные поиски подобных свитков и книг. Отступать было поздно — возможности магии древних некромантов полностью захватили помыслы наместника. Это то, о чем раньше он мог лишь мечтать — могущество и независимость, и самое главное — это был путь к трону Императора.

Первым делом в глубоком подвале дворца оказался тот самый незадачливый купец, которого угораздило преподнести в дар Тарису злосчастные свитки. Палачи задавали истерзанному человеку лишь один вопрос — где находятся остальные листы из книги. Даже пройдя через самые изощренные пытки, купец не смог сообщить почти ничего полезного. Жалкие крохи информации. Но этого хватило наместнику, чтобы направить верных людей на поиски недостающих листов…

На этом месте Койн прервался, откашлялся и бросил жадный взгляд на мою кружку. Я безмолвно протянул ее, гном одним махом опустошил емкость до дна и утер бороду.

— Похоже, я немного отклонился в сторону, друг Корис, — смущенно буркнул гном. — Ведь ты хотел знать о Твердыне. Но я не смог удержаться, чтобы не поведать о главном враге того времени — Тарисе Некроманте.

— Поверь, Койн, — я только рад узнать побольше о печально знаменитом Тарисе Некроманте, и твоя история более чем интересна, — поспешил я успокоить гнома.

— Правда. Более чем интересна! — прозвенел столь знакомый голос за загораживающей дверной проем оленьей шкурой.

Мы с гномом одновременно вздрогнули и вытаращились на дверь. Шкура отодвинулась в сторону, и в моем закутке возникла несколько смущенная Алларисса Ван Ферсис.

— Баронесса, — удивленно поприветствовал я девушку."

"— Простите, — потупив взор, сказала Аля. — Я пришла узнать, нашел ли ты что-либо интересное в бумагах отца, и невольно услышала историю Койна. Подслушивать я не собиралась!

— И в мыслях не было, баронесса, — соврал я и, наклонившись к лежащему у изголовья кровати мешку, вытащил из него приготовленную для девушки сумку с письмами ее отца. — Вот. Здесь все бумаги твоего отца, в том числе и личная переписка.

— Спасибо, — поблагодарила девушка, принимая от меня сумку.