Человеческих останков было немного, а вот шурдскими костяками пол был завален в несколько слоев. За шаг от Ильсеры пол был абсолютно чистым. Ни мха, ни костей. Убийственная магия словно указывала границу дозволенного. Шагни за черту — и тебя ничто не спасет.

Горькая насмешка судьбы. Некогда жестоко искалеченные шурды пытались освободить своего мучителя из клетки и погибали от равнодушной магии Ильсеры. Впрочем, не исключено, что наложенное на меня заклинание печати Арзалиса утратило свою целостность и суть. Если это так, то совсем скоро я присоединюсь к усыпавшим пол мертвецам.

Обернувшись к стоящему за спиной охраннику, я указал на саркофаг и сухо произнес:

— Там для тебя смерть. Мгновенная. Не приближайся к этому ящику ближе, чем на три шага. Если я умру — ты свободен, равно как и твои собратья, что остались на берегу.

Подняв ногу, я медленно переступил через вал костей и шагнул вперед, к Ильсере. По моему телу пробежал легкий порыв воздуха, что-то холодное проникло в мой мозг и начало пристально изучать его, беззастенчиво открывая потайные уголки души и копаясь в их содержимом. Еще через мгновение чужеродное присутствие исчезло из моей головы, обдувающий меня ветер утих, а я остался жив и невредим, в одном-единственном шаге от Ильсеры.

Получилось…

Наложенному на меня заклинанию удалось обмануть древнюю магию."

"Осознав, что проверка позади, я почувствовал, как мои потрескавшиеся губы расползаются в усмешке. С того места, где я стоял, можно было легко дотянуться до крышки саркофага, но я не собирался этого делать.

Буквально за час до этого я долго думал о том, что хочу поведать исковеркавшему мою жизнь некроманту. Тщательно и с любовью подбирал крепкие ругательства, оскорбления и насмешки.

Но вместо подготовленной речи я будничным тоном произнес:

— Привет, Тарис. Надеюсь, ты готов к небольшому путешествию?

Как и следовало ожидать, мне никто не ответил. Но ответа я и не ждал.

Наклонившись над крышкой, я осторожно подцепил одну из цепей и начал разворачивать глухо звякающие звенья. Обмотал ее вокруг пояса и, покрепче ухватившись руками, глухо пробормотал, обращаясь к саркофагу:

— Надеюсь, что ты легче, чем кажешься, и мне удастся сдвинуть тебя с места.

Упираясь ногами в пол, я сделал первый рывок и сквозь хруст сухожилий услышал каменный скрежет. Ильсера сдвинулась с места. Пусть совсем на чуть-чуть, но сдвинулась. Ободренный этим успехом, я вновь рванулся всем телом, продвигаясь еще на пару сантиметров к дверному проему. Стоящий там ниргал молча наблюдал за мной, не делая попыток двинуться с места.

Третьего рывка мне сделать не удалось.