Мне выдали пластиковый стакан, как для пива. Я глотнула кисло-сладкого напитка. Блаженство. Теперь можно в путь.

На выходе из магазина у меня тренькнул телефон, и я на ходу стала читать новости. В одной руке – мобильный, в другой – стакан. Чемодан двигала впереди себя подпихивая коленками. Я не представляла, что в такой глуши найдётся ещё один такой же невнимательный человек, что влетит в меня и расплескает квас по нам обоим.

Подняв глаза, я столкнулась с надменной физиономией.

– Да вы меня преследуете! – заявил негодующий незнакомец из аэропорта, разглядывая свой заляпанный костюм менеджера среднего звена.

– Нет, это просто вас кара небесная настигла, – огрызнулась я, отряхивая свою кофту, от того же кваса.

Глава 3

Мы смотрели друг на друга, как два грибника, что столкнулись задницами на поляне, где виднелся только один пень с опятами. Я вглядывалась в глаза коньячного цвета, щетину, очки без оправы, седину на висках. Куда глядел мужик – не знаю, но, судя по уровню, в район моей груди, которая была мокрой и от этого чётче проступала под мешковатой футболкой. Наконец, он начал концерт по заявкам.

– Ты совсем не смотришь куда идёшь? – он стянул пиджак и перекинул его через плечо. Вот тут-то я и залипла – рубашка, со следами кваса, красиво обтянула грудь.

– А ты куда смотрел?

Во мне сейчас сражались два желания: вцепиться в незнакомца, обхватить его руками, ногами, вгрызться в шею, чтобы наверняка, и диаметрально противоположное – бежать, сверкая стрингами. Мне катастрофически не везло с мужчинами. Ещё и жених этот…

– На магазин я смотрел, – рявкнул, и принюхался к одежде. – Что там у тебя было в стакане? Пиво?

Я оскорбилась и приняла твёрдое решение: не только целибат, но ещё и работать с мужиками не буду. За дёшево – не буду.

– Квас, – поправила я и выплеснула остатки напитка прямо на грудь мужика. Шагнула в сторону. Бросила стаканчик в мусорку. Уцепилась за ручку чемодана и пошла к обочине.

– Ну, хорошо хоть не маслице, – буркнул незнакомец, когда я решила обернуться.

– Осел… – протянула я, расслышав намёк.

– Олень, осел… Господи, когда я стану обычным мудаком? – мужчина возвёл глаза к небу, но оно безмолвствовало и нещадно сияло солнцем.

Я пожала плечами, дескать, наплевать, что там блаженные бурчат, и зашагала по дороге. На третьем покосившемся заборе я остановилась. Затащила себя и чемодан к кусты. Вытянула первую попавшуюся кофту, что по вредности оказалась белой блузкой без рукавов, и переоделась впопыхах.

Через десять минут скандинавской ходьбы на каблуках я отчаялась добраться до тётки. Почему-то вчера эти орудия убийства мне не натирали пятки, а сейчас прям расстарались за себя и того парня.