Сначала его трудно отличить от номера один моего списка Шиндлера. Но при ближайшем рассмотрении, вы точно поймёте, что перед вами именно он, ещё не исчезнувший, поругайте теорию Дарвина, вид. Так Костика, который был нормальным и по свиданиям таскал, как престарелая куртизанка свою болонку Мальтезе по кулуарам, и цветами заваливал, я бы не заподозрила, но когда во время секса он зажал мне рот и стал шептать, чтобы я не орала, а то маму разбужу… Не виделась я больше с Костиком… А его мама ещё дважды звонила мне и сетовала, что не успела познакомиться со мной поближе. Куда уж ближе?! И так носами возле ванной столкнулись, и ещё неизвестно на чьей психике был отложен отпечаток моральной травмы.

– А почему? – мне на самом деле было любопытно. А ещё интересно, к какой категории относился мужчина. Очень яркий типаж. Вроде бы ничего необычного: хорошо сложенный, высокий, мышцы в нужных местах, но без фанатизма. И лицо очень харизматичное: очки, щетина, седина в стильной стрижке – это словно винтики одного механизма. Я пустила слюни, потому что заполучить такую модель очень сложно. Это вам не штамповка, тут уникальный объект. Потёртые джинсы и футболка с рваным воротом только ярче подчёркивали его необычность.

– Вы получите индульгенцию, а мне безболезненней от этого не станет, – он подхватил спортивную сумку с ленты. Я наклонилась за своим чемоданом."

"– Тогда, кофе? – глаза у него карие. Интересный оттенок расплавленного янтаря. При должной обработке в фотошопе, эти глаза станут наваждением девиц от тридцати до восьмидесяти.

– Не стоит.

– Почему? – не сдавалась я, все ещё веря в свою коммуникабельность, что поможет раскрутить его на съёмку.

– Боюсь, вы меня добьёте. Придёте с молотком, например, чтобы уж наверняка…

Вот осел!

Я посмотрела вслед мужчине и сдула с глаз локон. Ну, ничего. От меня ещё никто не сбегал. Бывало, уползали, хромали, один сиганул с лестницы, но побегом никто не отделался.

Чемодан на колёсиках затормаживал погоню. После эскалатора я заприметила знакомую фигуру и стартанула к отцу на третьей космической скорости. Повиснув у него на шее и триумфально дёргая ногами, я ещё видела, как у информационной стойки необщительный осёл копался в телефоне. Но тут вежливое покашливание со стороны заставило отвлечься, и я упёрлась взглядом в коренастого парня с копной каштановых волос. Он мило улыбался.

– Ники! – папа отпустил меня и, придерживая за руку, повернул к спутнику. – Познакомься, это Матвей. Сын моего хорошего друга…

Это очень мило, что у родителя полно времени для светских расшаркиваний. Но у меня там модель сваливает.

– Рад знакомству, – учтиво протянул парень и попытался облобызать мою конечность.