Не могу… не могу оторваться. Люблю так, что в груди болит.

Как-то добираемся до машины. Садимся на задний диван. Даже в голову не приходит отпустить его руку. Я вообще не скоро теперь смогу его от себя отпустить.

– Еле уговорила твоих ждать дома.

– Правильно уговорила, нечего им тут делать.

– Ага. Они стол готовят. Родню тоже попросила не звать. Отдохнешь – потом. Правильно?

– Правильно. Ты у меня молодец.

– А я к тебе переехала, – шепчу, вглядываясь в его невозможные, внимательные глаза, которые кажутся гораздо светлей, чем я запомнила, из-за яркого, искрящегося на снегу солнца. Интересно, почему он молчит? Смутившись, утыкаюсь в телефон. Как раз проснулась Лондонская биржа. Надо бы глянуть, но концентрации – ноль. Мысли разбегаются, и в пустоте черепной коробки остается только один вопрос. Он не рад? Стерва во мне восстает из мертвых. Стряхивает с себя пыль. – Что, поспешила, да? Не надо было?

– Ясь, ты совсем? Какой – не надо? – притягивает за шею к себе.

– А почему тогда молчишь?!

– Не могу своему счастью поверить."

"Замираю мышкой, пораженная хриплыми интонациями в его голосе. Что я такого хорошего сделала в этой жизни, что она привела меня в эту точку? К нему…

– Может, ты передумаешь, когда увидишь, что мои вещи заняли почти весь твой шкаф.

– Не дождешься, – фыркает, зажмуривается и глубоко-глубоко вдыхает воздух у моей шеи.

Время до посадки мы с Климом проводим в кафе. Не думала, что это будет так сложно, но мне приходится каждый раз себя одергивать, чтобы не задушить его своей заботой. Мой Дым взрослый самодостаточный мужчина, и не так уж долго он сидел, чтобы не мочь самому о себе позаботиться на свободе. Мое дело – просто быть рядом.

– Я оплачу.

Нет, скорее даже за ним. Улыбаюсь, как блаженная. Простите, уважаемые феминистки, но тут у меня своя правда.

– Конечно.

Домой летим в бизнесе. Клим пропускает меня к окну и усаживается рядом. С удивлением кошусь на его побелевшие пальцы. Вот так новость!

– Кто бы мог подумать, что ты боишься летать, – шепчу ему в ухо и, чтобы отвлечь, осторожно прикусываю мочку. – Хочешь, я попрошу шампанского?

– Думаешь, я сам не справлюсь? Девушка! – окликает стюардессу. – Нам с женой шампанского, пожалуйста.

Та одаривает Дыма улыбкой. Вот поэтому я, черт его дери, и не хотела, чтобы он делал это сам! Он убийственно хорош. Когда-нибудь мне придется смириться с тем, что на него обращают внимание, но сейчас с этим сложно. Я сама им не надышалась. Да и… Ладно. Будем честны. Есть у меня страх, что он, обвыкнувшись, начнет вертеть головой по сторонам. Это в зоне я была единственной, а здесь мало ли как получится.

– Не знаю, о чем ты думаешь, но, кажется, твои мысли утекли куда-то не туда, – замечает Дым, поймав мою ладошку.

–- Немного страшно, – пожимаю плечами.