Наслаждайтесь вечером.

С этими словами я направилась обратно к своему столику.

К счастью, папа пробыл на ужине в отличном настроении, беседуя о делах со своими друзьями. Барбара, должно быть, не отреагировала на мой намек с наркотиками, потому что вскоре после четвертого входа отец разрешил мне танцевать.

И я танцевала.

Сначала с Дэвидом из церкви.

Затем был Джеймс из старшей школы.

И, наконец, Гарольд с соседней улицы.

Они раскручивали меня, опускали в нескольких дюймах от мраморного пола и даже позволили мне станцевать несколько вальсов.

В общем, я почти восстановила уверенность в том, что вечер удался. Пока Гарольд не склонил голову, когда наша песня закончилась, и я не села на свое место.

Потому что, когда я повернулась, Ромео Коста снова был там.

Как вызванный демон.

Примерно в двух дюймах от моего лица.

Возлюбленная Мать Мария, почему грех всегда должен быть таким соблазнительным?

— Мистер Коста, — я положила руку на голую ключицу, — извините, у меня кружится голова и я устала. Я не думаю, что смогу...

— Я возьму на себя инициативу, — он подхватил меня, паря ногами над полом, и начал вальсировать со мной без моего участия.

Здравствуй, красный флаг размером с Техас.

— Будь добр, опусти меня, — попросила я сквозь поджатые губы.

Его хватка на моей талии усилилась, контур его мышц поглотил меня.

— Пожалуйста, отбрось дамский вид. Я видел выступления Оливии Уайлд более убедительными.

Ох.

Я отчетливо помнила, что хотела отбелить глаза после просмотра «Эффекта Лазаря».

— Спасибо, — я расслабила мышцы, заставляя его держать весь мой вес или заставить меня обмякнуть на мраморе. — Быть респектабельным членом общества, честно говоря, утомительно.

— Ты пришла к моему столу за песочным печеньем, не так ли?

Возможно, любая другая девушка будет отрицать это сквозь зубы. Так получилось, что мне нравилась мысль о том, что он не является для меня главной достопримечательностью.

— Да.

— Они были впечатляющими.

Я посмотрела на его стол через его плечо.

— Там еще есть.

— Очень проницательно, мисс Таунсенд, — он закрутил меня с пугающим мастерством танцора бальных танцев. Я не была уверена, тошнило ли меня из-за того, что он двигался слишком быстро, или из-за того, что я была в его руках. — Я не думаю, что тебя заинтересует шампанское к нему? Мы с Оливером только что купили бутылку «Кристалл» тысяча девятьсот девяностого года.

Эта штука стоила тринадцать тысяч долларов.

Конечно же, я была не против.

Я попыталась соответствовать его безразличному тону.

— На самом деле, я думаю, что бокал был бы идеальным дополнением к песочному печенью.

Его лицо оставалось бесстрастным и неподвижным.

Господи, что понадобится, чтобы вызвать у этого человека улыбку?

Я смутно осознавала, что люди смотрят на нас.