Праздника бедняжка ждала, словно казни. Аппетит пропал, Тайли то и дело начинала задыхаться, приходилось тогда выходить на улицу. Девушка все смотрела на небо, следила за солнцем, и чем ниже оно опускалось, тем становилось страшнее. А деться, никуда не денешься. Путь из деревни всего один и тот под неусыпным надзором воинов клана.

И вот, на небе проявились Мирида и Рув, озарили плато нежно-голубым светом, со стороны же площади послышалась ритуальная музыка. Тайли в это время сидела на койке, слушала звуки барабанов, которые эхом отдавались внутри, заставляя сердце колотиться все быстрее.

Вдруг в шатер зашел очередной старец.

– Пора, – кивнул на выход. – Не трясись, тебя не на бойню ведут, – усмехнулся Габен.

Почему-то сразу вспомнился тот день, когда отец силой отправил ее с матерью домой. Точно так же Тайли ждала Фаргара, искала его взглядом, но он не пришел. Что ж, история повторилась.

Тайли чувствовала себя ужасно, все на нее смотрели, юные орчанки провожали презрительными взглядами, орки тут же начинали хихикать, показывая друг другу неприличные жесты. А на площади собрались практически все катаганы. В центре уже полыхал костер, тени от коего плясали на столбах.

Зато теперь Тайли поняла, для чего эти столбы нужны – вовсе не для казни или пыток. У каждого столба сейчас стояло по девушке, а на расстоянии в три-четыре метра от них бродили мужчины, кто-то с луком, кто-то с топором. Вдали же на скамье восседали старейшины, шаман и вожак с наставником. Фаргар увидел Тайли, но даже с места не сдвинулся, разве что обдал ее таким взглядом, от коего душа свернулась в клубок, тотчас захотелось плакать, но пленница поборола порыв. Нет, на этот раз он не увидит ее слез…

Невест набралось много, аж двенадцать юных дев, желающих обручиться со своими избранниками, а те явно волновались.

Все ж сегодня свою симпатию к девушке может выразить каждый.

– Иди сюда, – Габен подвел трясущуюся пленницу к свободному столбу. – Стой тут и жди.

– Чего ждать?

– Стелы или топора у себя над головой, – захихикал тот. – Не бойся, катаганы меткие.

От костра, что трещал за спиной, стало даже жарко. Тайли огляделась, все орчанки смущенно улыбались, посматривали на парней, потом пленница обратила взор на мужчин. Ибар стоял среди женихов, в руках держал лук, а вел себя куда спокойнее остальных.

Он смиренно ждал, когда подаст голос старейшина.

И вот, со скамьи поднялся Шигатан, вышел вперед:

– Да благоволит девам Мирида, да благоволит воинам Рув! Пусть сегодняшняя ночь подарит нам множество пар, готовых вступить в союз!

Народ сейчас же стих, а ритуальная музыка зазвучала громче. Мужчины заняли свои места, девушки же начали пританцовывать в такт музыке, лишь Тайли стояла ни жива, ни мертва.

– Свершится выбор! – пробасил Шигатан.