— Обиделся? — выдвинула я встречную версию.

— Какая разница, — Сэм неприязненно покосился в ту сторону, куда ушел эльф. — Свалил и ладно. Без него доберемся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

_____________________

* Пу Чи — имя повелителя змей в одной из китайских дорам.

Глава 10

В парке стояла оглушительная, какая-то гнетущая тишина, она камнем давила на плечи, вызывая в душе безотчетную тревогу. Из-за туч вынырнула луна, залив аллею бледным серебряным сиянием.

И в этом зыбком призрачном свете стала видна сплошная стена серого тумана, который медленно поднимался за деревьями и надвигался на нас, беря в кольцо.

Не знаю, как остальные, а я внезапно отчетливо поняла, что не только добраться — с места сойти будет, пожалуй, проблематично.

— Ч-что это? — выдохнула Полли, затравленно озираясь по сторонам. Ее сдавленный, шепот прозвучал в настороженном ночном безмолвии удивительно громко.

— Если я скажу: безобидное природное явление, ты мне поверишь? — фыркнул Сэм, притягивая нас поближе к себе.

— Лер, вызывай своего Хана. Маги из нас пока никакие, сами вряд ли справимся. И фамильяры наши еще ничего не умеют.

Стрекозел появился практически мгновенно, стоило лишь произнести его имя. Завис в воздухе перед самым моим носом, воинственно растопырив крылья."

"— Ну, что опять случилось? Вы же только ушли. Между двух мэллирнов заблудилась или упавшей с дерева сосулькой случайно придавило? Без меня никак? Мы с тобой, можно сказать, едва знакомы, а ты меня уже загоняла.

Работаю без сна и отдыха, расслабиться времени нет. Боюсь даже представить, что дальше будет. Я… — возмущенно завопил он и тут же осекся, разглядев сжимающуюся вокруг нас туманную удавку. — Хатт наис-с-сэ…

Последние слова — то ли ругательство, то ли заклинание — он прошипел уже на лету, торопливо наматывая вокруг нас восьмерки. С крыльев щедро сыпалась уже знакомая пыльца, поднималась в воздух и постепенно оседала вниз, накрывая нашу тесно сгрудившуюся четверку полукруглым радужным куполом.

Надо признаться, очень вовремя. Туман уплотнился, почернел, как небо перед грозой, и в поставленную Ханом преграду ударили ослепительно яркие фиолетовые молнии.

Одна…

Вторая…

Третья…

Молнии полыхали, не переставая. Щит потрескивал, истончался, но пока держался, а вот стрекозел… Я видела, как ему тяжело. Мелкий слабел с каждой минутой, крылья били все медленнее, тело сотрясала судорожная, болезненная дрожь, да и пыльцы стало заметно меньше. А я даже помочь ничем не могла.