Хотя, будь я невестой, должна была кинуться к Антону на шею и подставить губы для поцелуя.

— Привет, — поздоровался он и как-то странно посмотрел на мои губы. Захотелось их спрятать, чтобы не понял, почему они припухли и горят. — У тебя тут так вкусно пахнет, — потянул он носом. — Угостишь?

— Привет, — обычно я здоровалась сухо, но теперь я вроде как невеста, поэтому выдавила улыбку, повела плечами, надеюсь, получилось соблазнительно.

На мажора не смотрела, но чувствовала на себе его взгляд. Антон прошел в кухню,  остановился возле меня. Желание отойти от этого павлина жгло пятки, но я стояла и как дура улыбалась. Позже отправлю его в далекое пешее путешествие. Дагаров немного удивился моему радушию, но не растерялся,  что сейчас мне было на руку.

— Ленка, что ты со мной делаешь? Я от тебя голову теряю, — протянул он, убирая выбившийся из пучка локон за ухо. Я позволила, не дала ему по руке, как делала обычно.

— А может, это из-за голода? — протянула… совсем не соблазнительно получилось. Плохая из меня соблазнительница, вот чувствую, что не то и не так говорю. Вон и Робнер усмехается. Гад!

— Я голоден тобой…

Меня от его пошлого намека чуть не перекосило. Дагаров потянулся к моим губам.

О нет! Так далеко я заходить не собираюсь. Магнитные бури, что ли? Лезут ко мне тут всякие с поцелуями!

— Антон, мы не одни, — положила руку ему на грудь, чтобы остановить. Лицо уже свело от улыбки.

— Не одни? — хмель в глазах Дагарова резко исчез, и он оглянулся. Я почувствовала, как напряглись мышцы под моей ладонью, но это было не так впечатляюще. Робнер по сравнению с Дагаровым – скала.   Даже когда расслаблен. О чем я думаю? Зачем их сравниваю?

— Вадим, ты идешь? — в кухню заглянул дядя Миша. Мои щеки запылали румянцем.

— Иду, Сергеич, — отлип от стены мажор и опустил руки в карманы.

— Это кто? — наконец-то отмер Дагаров. Долго соображал.

— Наниматель, — серьезно ответил Вадим, но каждой клеткой своего тела подчеркивал превосходство, будто надсмехался над нами. — Завтра можете приступать, Елена Владимировна.  Как и договаривались, уборка и готовка. Стирка за отдельную плату, — я не смотрела на Антона, но уверена, что у него челюсть отпала до земли. Я свою вот еле удержала. — Надеюсь…  жених… не будет возражать? — а вот теперь прозвучала явная насмешка. — Увидимся, — развернулся и ушел.

— Жених? — пришел в себя Антон.

Упс…

Вадим

«Жених… тогда я Папа римский», — ухмыльнувшись про себя.

С другой стороны, что я знаю о девочке? Может, и правда жених? Только вяло как-то все у них. Ни огня, ни страсти. Глаза не блестят. Будто золотую свадьбу справили и давно уже плотские утехи воробушка не интересуют.  У парня есть интерес, но Елена Владимировна держит его на сухпайке. Не удивлюсь, если предложила подождать до первой брачной ночи.