Пусть летает в пределах видимости, раз уж выбрала меня. Сама виновата. Если придется совсем плохо – отведу обратно в родной оазис, на свободу. Разорвать связь не выйдет, но можно подпитывать силой время от времени, чтобы птица не загнулась.

Второй фолиант я вернула на полку сразу же, как открыла. Это оказался сборник сказок и вымышленных существ.

Спасибо, как-нибудь в другой раз.

Зато третий заинтриговал не на шутку."

"Это оказалось пособие для водных магов по укреплению резерва и основным тренировкам на выносливость. Издано оно было сразу после катаклизма и, видно, не прошло основательную цензуру последующих времен. Однако уже в этой книге говорилось о вредоносности культуры фамильяров. Якобы это паразиты, высасывающие энергию хозяина. Еще и привыкание вызывают, ведь отвязать животное можно только смертью одной из сторон.

Я оторвалась от чтения и горько посмеялась вслух.

Отличная ложь. В частности потому, что основана на правде: фамильяр действительно питается магией владельца. Только в обмен он предлагает куда больше.

Если не брать в расчет дополнительное зрение, слух, и надежного охранника в одном – в случае чего питомец может послужить артефактом-накопителем. Конечно, это его ослабит, а может и убить, но в критической ситуации спасет магу жизнь.

Мне эта сторона без надобности, своего резерва хватает за глаза, но местным водникам было бы немалое подспорье. И того аккуратно лишили под благовидным предлогом.

За окном постепенно темнело.

Я отложила книги и спустилась на кухню, помогать с уборкой. От густого куриного супа исходил упоительный аромат, а я успела порядком оголодать.

Ужинать секретарь изволил в столовой, для разнообразия. Я туда не пошла – без меня служанок хватало. Разобралась с посудой, отдраила кастрюли и сковородки до блеска, убедилась, что стол сияет, как и пол, и с чистой душой отправилась на чердак, за совой.

На прогулку пора.

Лавку, в которой ждал меня Хозяин льда, отыскала без проблем. Правда, шла туда чуть дольше, чем предполагала – сказывалась компания. Моя спутница считала своим долгом заглянуть в каждый сад, проверить его благонадежность и чистоту. Пару полевок даже выкопала и схомячила, смачно отрыгнув комок шерсти.

Я поморщилась.

– Дома так не делай, пожалуйста, – буркнула и осеклась.

С каких пор особняк секретаря стал для меня домом? Обжилась совсем за пару дней, совесть потеряла.

Хотя если так посмотреть, кроме приюта – который точно домом не назвать – я подолгу нигде не жила. Даже в подаренной наместником халупе освоиться толком не успела. А в особняке у меня уже и библиотека, и таинственный подвал присмотрен, и кабинет в очереди на вскрытие.

На пороге лавки я остановилась.