Даже немного странно, что эти головорезы были без огнестрельного оружия и так глупо попались. На обычной драке.

Так или иначе, но патрульный записал наши данные и отправился брать показания у потерпевших. Не знаю, как это у него получится. Что-то мне подсказывает, что эти мужики не много ему расскажут.

21 год по летоисчислению Нового мира.

К югу от Рио-де-Жанейро

– Красиво, да? – усмехнулся рулевой.

– Очень, – признался Никита. Он оперся на пулемет, закрытый брезентовым чехлом, и посмотрел в сторону берега. На горизонте, в синей дымке облаков, виднелась горная гряда.

– Да, парень, это вечная красота. Первый раз в море?

– Несколько раз плавал из Порто-Франко в Новую Одессу."

"– На одной из этих железных коробок, которые аккуратно ходят вдоль берега? Это не то. Совсем не то… Плавающие лоханки.

– А вы давно плаваете?

– Давно, – кивнул собеседник. – Даже слишком давно. В Старом мире был моряком торгового флота. Половину жизни провел в море, даже семью не успел завести. Как говорит наш чиф – «вся задница в ракушках». Ходил на сухогрузах, лихтерах, балкерах.

– А как же…

– Очутился здесь? Как и большинство старых переселенцев, – он пожал плечами, – не видел смысла дрейфовать вместе со всеми. Да и океаны в Старом мире загадили. Окончательно и бесповоротно. Как-то у восточных берегов Африки мы наткнулись на огромное поле мазута. Ты не поверишь, парень, но оно тянулось до самого горизонта! Я уже не говорю про остальной мусор, который плавает по океану. Словно это акватория грузового порта где-нибудь на задворках Европы…

– Надеюсь, что в этом мире до этого не дойдет.

– Я тоже на это надеюсь, – кивнул рулевой. – По крайней мере, на наш век хватит свежего воздуха, чистой воды и парусов.

– Вы, как вижу, просто влюблены в эту яхту.

– Да, пожалуй, ты прав. И она этого заслуживает. Вот что я тебе скажу – лучше нашей «Катарины» на западном побережье не видел. В ней есть все, что нужно для комфорта, но и океан рядом. Вот он – только руку протяни! Нет стальных переборок, которые загораживают солнце. Нет вечной духоты тесных кают и стука каблуков по железным лестницам. Может, я слишком романтично отношусь к нашей малышке, но когда она идет под всеми парусами – сам себе завидую.

Через несколько минут Никита оставил рулевого радоваться жизни, а сам спустился в кают-компанию и присел неподалеку от стола. Так, чтобы не мешать старшим «вспоминать молодость», но и не упустить суть разговора. Тем более что время, отведенное на воспоминания, видимо, уже закончилось, и они перешли к делу.

– Вот здесь, – Майкл отставил бокал в сторону и ткнул пальцем в карту, – есть еще одно место.

– Что там? – поинтересовался Нардин-старший.

– Ничего особенного для этого мира, сэр. Небольшая рыбачья деревня. Жителей нет.