Машина стояла у подъезда уже минут пять, а я все думал о своем.

— Да! — сказал я, открывая дверь. — До понедельника свободен.

Мерседес рыкнул движком и выехал со двора, а я вошел в подъезд, приветливо кивнув консьержке. Кажется, мы тут единственные, кто поздравил ее с Новым годом. И от этого ее любовь ко мне еще больше возросла. А чего? Мне несложно оставаться человеком. А от небольшого продуктового набора я точно не обеднею.

— Ленок! — сказал я, целуя подставленную щеку. — А ты в Бразилию хочешь?

— Хочу, — кивнула она, рассекая по кухне в умопомрачительно коротком халатике. Что-то даже тягостные мысли в сторону уходить стали, и стали появляться мысли более приятные. — В заповедник бабочек хочу поехать.

— А ты откуда про него знаешь? — не сразу сообразил я.

— Мы с тобой, Сережа, эту передачу вместе смотрели! — укоризненно взглянула она на меня. — Где тебя носило первого января с утра, не спрашиваю. Судя по лицу, ты не у бабы был. И то ладно.

— Пойдем потом погуляем, — я притянул ее к себе за талию.

— Пойдем, — кивнула она. — Так хорошо, что Новый год на пятницу пришелся! Целых три дня выходных. Так здорово!

— Только три дня? Так мало? — расстроился я, а потом подумал: — Я же в первую Думу собираюсь. Надо будет с этим что-то решать.

* * *— Просыпаемся! Четвертое число уже! — сказал я высокому собранию, которое дышало многодневным перегаром, с трудом выходя из новогодней гонки."

"За столом сидели все причастные к великому: Копченый, Штырь, Китаец, Карась, Троллейбус, Фельдмаршал и Йосик Варшавер. Даже от него пахло чем-то тонким и изысканным, а худое интеллигентное лицо то и дело искажала гримаса. Тоже переусердствовал, бедолага.

— Иосиф Борисович! — начал я. — Чековый фонд готов?

— Готов, — кивнул Йосик. — ЧИФ «Единая Россия». Назвали как банк, чтобы в рекламу не вкладываться. Название-то на слуху.

— Тогда стартуем, — довольно усмехнулся я. — Итак, господа, наша задача — начать активную скупку ваучеров. В нашем районе, в Долгопрудном и Лобне, вообще не должно быть никого, кто работает не от нас. По соседним городам — поговорить, решить с братвой мирно.

— Есть барыги в Лобне, — кивнул Копченый. — Они на биржу ваучеры таскают. Платят нам без вопросов. Им руки выкручивать не по понятиям будет. Они как бы деньги зарабатывают.

— Даем цену биржи на месте, — отмахнулся я. Им и ездить никуда не нужно будет. Еще какие сложности?

— Нам чего делать? — посмотрели на меня Штырь, Карась и Китаец.

— Вам перетереть с барыгами по Москве, — сказал я. — Пусть несут чеки прямо в «Едро». Даем цену биржи плюс процент и десять процентов бонуса.

— Плюс одиннадцать к бирже? — скривился Йосик.