Неужели ты стала бы драться с хулиганьём?

Слова Максима долетали до неё с запозданием, потому что самым главным были не слова, а сам Максим, его шаги рядом с её шагами, поводок Понтуса, намотанный на кулак, взволнованный взгляд, каким он посмотрел на неё.

— Драться? — Анфиса немного подумала. — Не знаю, но отпор бы дать постаралась. Знаешь, однажды в старших классах меня подловили девчонки из спортивной секции и хотели избить за то, что я победила в соревновании их заводилу. Сама она стояла в стороне и смотрела, как на меня наваливаются её шестёрки.

— И что ты? — поинтересовался Максим.

— А я вывернулась, подскочила к ней и вмазала по носу. Понимаешь, в спорте, чтобы победить, надо бороться с лидером, даже если стоишь десятым номером. — Она помолчала. — Мне потом так противно было. Я вообще-то терпеть не могу драк, склок и тому подобного. Хотя маминому мужу не мешало бы врезать по первое число.

— Кстати, насчёт мужа. Скинь мне адрес, чтоб самому не искать, и скажи маме, чтобы завтра, нет, для верности лучше послезавтра спокойно шла домой. Гарантирую, что её муж станет нежным, как майский ветерок.

От видения пузатого дяди Жоры в образе майского ветерка Анфиса рассмеялась:

— Умеешь ты поднять настроение.

А что ты ещё можешь?"

"— А ещё, — с протяжкой сказал Максим, — я нашёл дело по наезду на тебя. И сразу заметил нестыковки и подчищенные факты. Не знаю, обрадует ли тебя этот факт, но тот продажный следователь попал под машину и уволен по инвалидности. Я узнал, что у него сломан позвоночник и он передвигается в инвалидном кресле.

Анфиса закусила губу:

— Точно не обрадует, но и не расстроит. После того как я стала фотографом, я вижу прошлые события словно через объектив: вроде бы со мной, а вроде бы и нет.

Да и я стала другой. Так что Бог ему судья, тому следователю. Единственное, что я хотела бы знать: кто была та девушка с фотокамерой и деньгами? Она ведь даже не назвала своего имени, только сказала, что Олег, виновник наезда, погиб.

— Ну что ж, попробую выполнить твоё желание, — сказал Максим, когда они медленным шагом дошли до подъезда. — И ещё: надеюсь, в следующий раз ты не откажешься от встречи с Понтусом? А то он будет очень огорчён.

— Хорошо, но пусть Понтус предварительно позвонит.

Максим засмеялся:

— Обязательно позвонит, не сомневайся. Маме привет!

Максим не стал рассказывать, как мама, жеманясь и охая, выложила ему информацию о том, где Анфиса гуляет, и о том, что у дочки нет кавалеров. И то, что её саму побил муж и она теперь будет жить тут, где спокойнее да и сытнее, — Анфису она вырастила не жадиной и теперь имеет полное право пожить за её счёт в своё удовольствие.

* * *В доме пахло пирогами. Запах проникал в спальню и щекотал ноздри, прибавляя сну тёплую и уютную сладость детства.