Предъявлю претензию, а мадам соврет: не было ничего. Ее слово против моего, ничего не докажешь. Плюнул и новый штамп смастерил. Видел, как она потом с Ольгой Ивановной тусовалась!

– А кто такая Ольга Ивановна? – прерывая поток его жалоб, спросила я."

"– Она только что отсюда отошла, бабка с внуком Веней, мои постоянные клиенты, – зевнул Паша. – Значит, эта девка воровка! То-то она мне сразу не понравилась! Глаза хитроватые.

– Как зовут мамашу? – обратилась я к Павлу.

– Не знаю.

– Не спросил?

– Мне зачем? Замуж ее звать я не собирался, – хмыкнул мастер.

– Дяденька, сделайте мне принцессу, – запищал тонкий голосок.

Паша потянулся к коробке, а я быстро пошла к пластиковым стульям, которые длинным рядом тянулись вдоль стены. В предобеденные часы посетителей было немного, и около Ольги Ивановны, мирно дремавшей на стуле, нашлось свободное местечко.

– Можно около вас устроиться? – вежливо поинтересовалась я.

– Конечно, – лениво ответила пенсионерка, – присаживайтесь.

Я села на скользкий пластик и воскликнула:

– Как неудобно!

– Это с непривычки! – мирно заметила Ольга Ивановна и прикрыла глаза.

Я решила расположить к себе старушку и, изображая восторг, воскликнула:

– Очаровательный малыш!

– Где? – взбодрилась она.

Я указала на разыгравшегося сверх меры потного и красного Веню.

– Да вон тот, в шарфике. Сразу видно – вундеркинд.

Ольга Ивановна приосанилась.

– Вы абсолютно правы. Венечка уже сейчас легко считает до десяти и умеет читать слова наоборот!

Я восхищенно зацокала языком, но в глубине души изумилась: зачем обучать малыша столь странному занятию, как чтение слов справа налево.

– А вы с кем сюда пришли? – спросила Ольга Ивановна. – С малышом? Или, не дай бог, с девочкой?

– Мои дети уже выросли, я пришла помочь дочери, ее вчера здесь обокрали!

– Господи! – всплеснула руками Ольга Ивановна. – Кто?

Я кратко изложила историю, приключившуюся с Ленкой, и рассказала про рыжего мальчика. Пенсионерка покраснела.

– Эта мамаша! Есть женщины, которым не стоит рожать детей. Безголовая, ветреная! Я из-за нее чуть сердечный приступ не заработала. Стелла! Наверное, ее на самом деле зовут Клава! Придумала псевдоним! Неслыханная беспечность! Она за ребенком совершенно не глядела!

– Мать рыжего малыша представилась Стеллой! – обрадовалась я.

– Ну да, – скривилась Ольга Ивановна. – Сижу себе спокойно, наблюдаю за Веней, тут подходит эта девчонка… Я сначала решила, что ей лет пятнадцать, потом присмотрелась и сообразила: нет, на третий десяток ей перевалило, двадцать-то уже есть. Просто типаж такой: худышка, волосы длинные, прядями свисают.

Я, затаив дыхание, слушала ее.