Наверное, я побледнела и отшатнулась, ибо старушка поспешила успокоить:

- Не бойся, - ее голос смягчился, взгляд потеплел. Именно так мать смотрит на своё любимое, но пока неразумное дитя. – Я пришла не пугать, а предупредить. Запомни, милая, только истинная любовь вырвет Его из плена древнего проклятия. Смело иди вперёд даже тогда, когда все отвернутся. Даже если не будет сил – не сворачивай с пути. Тропа приведет к заветной цели. Но будь крайне осторожна. Опасайся женщины с разными по цвету глазами. Эта – единственная способна уничтожить вас обоих.

Ее голос эхом простерся над шумной дорогой."

"Понадобилось несколько секунд, чтобы осмыслить странное предсказание и унять гулко забившееся сердце в груди. И правда – сложно оставаться спокойной, когда неизвестная вываливает факты в лицо, о которых знаешь только ты. И при этом сулит – очередные препятствия и намекает на нового еще пока неоткрытого врага.

Выдохнув после заминки, заметила, как Волдер вытаскивает из повозки мешки и тюки для гадалки, а местные мужчины взваливают их на плечи и по указанию женщины идут к ее дому.

В мою сторону гадалка больше не оглянулась. Сгорбленная спина, фигурка под темно-коричневым старым плащом – вскоре зимняя дымка поглотила нечёткие женские очертания и двух ее провожатых.

- Мадам, - из задумчивости вырвал вопрос Волдера, – все жители получили обещанную помощь. Едем дальше?

Неторопливо обежала глазами засыпанные снегом домики, запертые на замок редкие лавки и шумно выдохнула. Мало ли что наговорила старая дама. Может, неверно растолковала предсказание или выдала желаемое за действительное? Не хочу размышлять и теряться в догадках. Слишком много дел, а времени в обрез. Отбросив панику, снова собралась, как делаю в любой критической ситуации, и кивнула надежному и верному помощнику.

- Да, едем в следующее селение.

До вечера мы успели объехать еще четыре деревушки и три крупных села, которые могли похвастать парой работающих бытовых лавок и одной скромной кондитерской. Везде нас встречали настороженно, но стоило назвать свое имя и вытащить из повозки еду и одежду, напряжение и подозрительность жителей сменялась радушием,

искренней благодарностью и блеском в глазах. В последнем селе, куда мы заехали в ранних сумерках, мне даже предложили ночлег в одном из домов.

- Темнеет, госпожа Рейнар, - обеспокоенно заметила миловидная блондинка тридцати пяти лет. – Тракты безлюдны, освещения нет.

Оставайтесь у нас, а утром вернетесь в поместье.

- Спасибо, но вынуждена отказать, - улыбнулась гостеприимной хозяйке, к бокам которой прижимались мальчик и девочка лет семи и восьми. – Я бы с радостью, но не хочу оставлять поместье на ночь без присмотра.

Тревожность после вчерашнего поджога притупилась, но никуда не ушла.