Бек отставил от себя чашу:

– И с каких это пор, Биназ, ты решил, что можешь перебивать меня?

Бай Каир, конечно, мог бы ответить, с каких пор он не только мог перебивать вождя, но и влиять на его решения, однако при всех склонил покорно голову:

– Извини, бек.

– А вообще, ты прав. Но подойти и окружить крепость к языческому празднику Купалы очень трудно. Хотя, возможно, так и будет. Мы должны завершить окружение где-то в середине месяца. Может, и дождемся. Но на это надеяться не стоит. Надо готовиться к осаде Вольного.

Баи почти единогласно воскликнули:

– К осаде?

– Да, – ответил Шамат.

 – Зачем нам губить наших людей понапрасну? Возьмем крепость в осаду, погубим их поля. Запасов после морозных месяцев у них много быть не может. Да и сидеть за стеной тяжко и тревожно. Пойдут вылазки, будем их бить. А потом, когда поляне уверуют, что мы намерены ждать, покуда они сами не сдадутся, мы внезапно проведем штурм. Для нас тоже стоять долго у этой крепости невыгодно. Главное, успеть обложить полян, а затем… Я через гонцов передам всем баям план штурма, где будет расписано все. Теперь спрашивайте.

Спросил Абашиз:

– Как ты узнаешь, что все сотни подошли к крепости полян?

– Как обычно.

Из каждой сотни должен быть выделен воин, который поднимется на высокое дерево, не заметное из крепости, и поднимет вверх копье с белой тряпицей. Это и будет знаком, что сотни на месте и готовы к штурму. Как только я встану на елани, бай Адар выставит небольшой пост в поле, там, где в прошлом году была ставка. С рассвета до заката воины передового дозора будут смотреть за лесом и берегом.

Каир проговорил:

– Худое место для своего стана ты выбрал, бек. Проклятое место. В болоте до сих пор можно увидеть обезображенный лик сына тархана Ильдуана, Джабу.

Гиблое место.

Бек усмехнулся:

– Да, место гиблое, поганое, худое, но оттого и дозоров полян там не будет.

Каир пожал плечами.

– Кто знает.

– Я знаю, – бек встал. – А сейчас ступайте к своим сотням, отдых до утренней молитвы. После трапезы расходимся. Ступайте.

Баи вышли из шатра.

Зашел Хамзаят, начальник двух десятков нукеров – воинов личной охраны вождя бележей.

– Мне будут указания, господин?"

"– Все как обычно. Где Тейкул и Карен?

Это были слуги бека, которых он забрал в ауле из рода Азиза.

– Между шатром и юртой наложниц.

– Передай им, чтобы привели мне Доляну.

Хамзаят вздохнул:

– Сделаю, господин.

– А чего ты вздыхаешь?

– Старшая наложница Рахиль зла на Доляну. Ты чаще забираешь в шатер полянку.

– И что? По-твоему, я что-то должен своей старшей наложнице? Кого хочу, того и забираю.

– Это так, господин, но как бы тебе не лишиться обеих наложниц.

– Как так?

– Рахиль в порыве ревности и неудовлетворенной страсти может прибить Доляну. Ты же в гневе и по обычаям убьешь Рахиль.