Как это не разорять селения полян, если орда в походе?

– Что ты так смотришь, Долет? Я спросил тебя, отвечай.

– Нет, бек, не говорил, но… разве можно проходить мимо добычи, которую так легко взять? Воины нас не поймут, если мы запретим им трогать добычу.

Шамат повысил голос:

– А вот в сотнях, Долет, требуется держать такую дисциплину, чтобы никто даже помыслить не мог о самовольстве. И еще я не сказал ничего про ясырь по пути к крепости, скажу о том сейчас. При подходе к крепости селения обходим, не трогаем. Взяв и разбив Вольное, а значит, уже заполучив хороший ясырь, мы пойдем двумя путями до переправы через Донец.

И вот тогда станем брать и разорять все селения, что попадутся нам на пути. Все! Что не сможем взять, то погубим. Обратим в пепел.

Каир покачал головой:

– Это наверняка не понравится хазарскому кагану и его шаду. Опустошив множество селений полян, мы лишим хазар ясыря.

Шамат посмотрел на своего верного бая:

– Ты напрасно заботишься о хазарах. Мы опустошим только малую часть земель, с которых они берут дань, это будет незаметно. А за то, что разорим крепость, каган нас еще и наградит. Это плохой пример – я об объединении родов полян в племена, а племен в союзы, о возведении крепостей.

Такие попытки следует пресекать сразу, и мы это сделаем. Наша рать разгромит варузов и вернется в аул с огромным ясырем. Каждая наша семья станет богатой, будет иметь рабов. Тогда подумаем о выкупе земель для возделывания, для выгона больших отар. А то и сами возьмем. Поле большое. Оно дикое, степь, рабы-поляне обработают ее. Там же будут ремесленники, мы выделим род, который займется торговлей, и совсем скоро в предгорье поставим крепость, которая не будет уступать сильной крепости Саркел. Не мы, а хазарский каган будет искать с нами дружбы. А мы еще посмотрим, кого взять в друзья, а кого отвергнуть. С этого похода должно начаться новое время воинственного ханства бележей.

Шамата несло.

Баи начали ухмыляться, но против не выступили. Пусть хоть сотая часть из задуманного сбудется, и то хорошо.

Этой громкой речью и закончился совет.

На следующий день после утренней молитвы бек Ганзал Шамат, уже видевший себя правителем нового ханства, повел свою орду в поход на земли полян, к крепости племени варузов Вольное.

Перейдя через Донец, орда по правому берегу Дона двинулась на север. Уже в ста верстах от переправы стали встречаться селения. Народ, завидев чужаков, стремился переправиться на другой берег, бросал зачастую и скот, и имущество. На удивление местных, ордынцы не преследовали их, не жгли полуземлянки и дома. Брошенный скот они, конечно, забирали, но – и все, шли дальше."

"К началу шестого месяца, или Червеня (июня), войско Шамата подошло к истоку Дона. Встали для полуденной молитвы.