Два похода непобедимого горного племени, по крайней мере считавшегося таковым, два поражения от одних и тех же полян и полное исчезновение орды Шамата.

Из первого похода он сумел привести две сотни да ясырь, из второго не вернулся никто. Разговоров будет много, а еще больше будет слухов. Баям, что остались в ауле, придется послать обоз в Хамлых за провизией, надо же кормить семьи. Значит, надо продавать всех невольников, не только девиц. А то еще полоняне бунт устроят и разорят Кумергу. Да и приход мужчин племени с невольниками для продажи породит у хазар много вопросов. А прознают в Хамлыхе, что орда Шамата сгинула, слух о том пройдет и по всей Хазарии. Найдутся племена, что пожелают поживиться на беде бележей. Заберут под себя аул.

Так что надо обязательно вернуться и взять власть в свои руки. С желающими забрать под себя бележей Абашиз сумеет договориться. Да, придется отдать многое, но он сохранит главное племя, пусть и уменьшенное до трех родов.

Абашиз за тревожными мыслями и не заметил, как солнце пошло к закату.

Подъехал воин, назначенный десятником, Мурат Табух:

– Извини, господин, время вечернего намаза скоро.

Абашиз взглянул сначала на него, потом на небо:

– Уже? Да, время прошло незаметно. Что передают из головного дозора?

– До устья реки саженей триста.

– А сзади?

– Там спокойно. Полян нет.

Абашиз повелел:

– Обходим исток, там, как я помню, поле ровное и роща небольшая. Возле берез и станем на привал. И помолимся, и потрапезничаем, и отдохнем до утренней молитвы.

– Да, я все понял. Дозволь идти?

– Погоди, – подумав, остановил его Абашиз. – Сейчас полян дозорный сзади не видит, но это не значит, что их нет. Мы убедились, до чего хитры и коварны эти варузы. Посему прямо тут, в кустах, посади дозорного. Кто был у тебя?

Спросил так, случайно, всех воинов орды он все равно не знал.

Десятник же ответил:

– Бекет Мазар из сотни бая Месира. Бывшей уже сотни.

– О том не напоминай, посади этого Мазара, пусть внимательно глядит за дорогой. Накажи ему: варузы толпой не пойдут, если решатся на погоню, то вышлют вперед дозор. Вот его Мазар и должен заметить.

Десятник проговорил:

– Прости, бай, но Мазар голоден…

Абашиз повысил голос:"

"– А я, по-твоему, всю дорогу только и делал, что жрал мясо? Дай ему хлеба. Потом перекусит и отдохнет. Сейчас не до того. И предупреди: прозевает варузов, я ему лично голову отрублю.

– Да, господин.

Бележи оставили сторожа и пошли к полю, где росла березовая роща в версте от истока Дона, с правой стороны.

Головной дозор варузов шел левее сакмы, оставленной конями бележей. Они подошли к устью Дона на полверсты.

Адун Базук внезапно остановил коня.

Белоус насторожился:

– Что такое?

– Если Абашиз решил выставить сторожевой дозор, то только здесь, а не далее.