Дочь поправила блудному отцу платок, чмокнула в щёку и, ответив:

– Яблоко от яблони. Спроси, что там дальше, у мамы, – прошествовала в ванную комнату.

Злость на всех без исключения представителей сильного пола стала причиной её отказа взять визитку у Вячеслава. Тот напрасно пытался объяснить, что произошедшее ночью вовсе не свойственно Иванову; Лев не плохой парень, к которому стоит внимательно присмотреться. Очевидно, он не представлял, что друг уже «показал» всё, что мог. Спросить же на удивление приятного, вызывающего доверие южанина, что из «несвойственного» произошло, у Натальи не хватило смелости. Вопрос о болтливости Льва оставался открытым.

Учительница яростно тёрла кожу мочалкой, пытаясь смыть с тела позорные остатки пребывания в спальне отеля. Хотя следов-то и не было. Несколько высохших, с жемчужным отливом капель на животе удивительно пенились. Они никак не могли быть спермой, разве что у Иванова она была особенной, обладающей моющим эффектом.

– У этого самца всё не так, как у остальных мужчин. Не зря я на него запала с первого взгляда – точно гипноз… Не удивлюсь, если выяснится, что он с Марса или, того хуже, из соседней галактики…

Перед взглядом обладающей папиным живым воображением брюнетки возник огромный осьминог, подмигивающий большим, зелёным глазом. Она вспомнила ощущение от детородного органа Льва, ошибочно принятого руками за уши Пусика.

– Не зря мне показался огромным его размер. Определённо один из щупальцев, не спрятанных под маскировочную кожу…

Наташа выронила губку, в ужасе приложив ладони к животу. Страшная мысль взбудоражила мозг.

– А что, если…

Что, если сейчас в её животе зарождается плод? Семя монстра породит к жизни нового или кучу новых, маленьких, блестящих…

– А если он на самом деле похож на чешуйчатого ящера?– произносила она вслух.

В голове возник момент из старого фильма «Чужой», а сердце зашлось от страха.

– Боже, он раздерёт меня при выходе на части.

И вот уже Сидорова видела себя в разорванном в куски теле, бьющемся на залитом кровью полу, и собственную оторванную голову с посиневшими губами, шепчущими: «За что? Я так любила его…»

Наташа несколько раз встряхнула «кладезь премудрости», пытаясь прогнать пугающее видение.

– Ну, допустим, до любви ещё далеко. Что-то я слишком сгущаю краски, а вот в остальном…

И снова пронзила догадка:

– Так вот почему он пришёл работать в школу. Бедные девочки-старшеклассницы мотыльками полетят на притягательный образ агрессивной мимикрии опасного хищника… А этот отель, как прикрытие, и красивые братья, кинувшиеся директору на помощь… Да тут их целый отряд.