С любопытством растянул на пальцах трусики и разглядывает их.

— Для чего?

— Дай сюда, они не твои! — требую я.

Муж ловко уводит руки в сторону и комкает в кулаке тонкое кружево.

— Не понимаю одно, зачем тебе такое белье. Ну, зачем? — усмехается. — Если ты — как пустыня Сахара?

— А ты давно туда заглядывал? — я зеркалю его усмешку. — Нет? Вот и не стоит задаваться этим вопросом.

Я разворачиваюсь к нему спиной, достаю из шкафа постельное белье.

Ворох одежды на кресле, а я начинаю себе стелить постельное.

— Да боже мой, прекрати ты этот цирк! У нас в браке все останется по-прежнему.

— Да. Точно. Ты с другой, так и будешь тайно по углам прятаться. А ее это устраивает, м? Или она не прочь выйти из тени?

Глава 5. Она

— Не твое дело. Наши отношения — не твое дело.

— Думаю, ее это не устраивает! — хмыкаю я. — Мне было бы неприятно.

— Но ты — не она. Ты всегда была требовательной.

Требовательной, да.

Яркой и эмоциональной, жадной до его любви и внимания, жадной до жизни и впечатлений…

— Не переживай, с этого самого дня у меня к тебе будет лишь одно требование — развод.

— Нет! — бросает резко.

— Почему?

Я спрашиваю просто, почти без эмоций.

— Мне, реально, интересно, почему нет? Я тебе стала противна. Ты желаешь другую женщину, дети в курсе, — проталкиваю через боль. — Ко мне у тебя никаких теплых чувств и привязанностей не осталось. Так почему нет, дорогой Жора?

Муж в бешенстве сжимает кулаки:

— Ты прекрасно знаешь, что я не люблю, когда меня называют Жорой.

— Знаю, Жора. А теперь ты кое-что должен обо мне узнать: если мы чужие, если ты не со мной, то я не собираюсь делать то, что тебе нравится, то, что окутывает тебя комфортом и уютом. Я не буду делать ничего из того, чем был наполнен твой привычный и такой уютный, знакомый быт.

— Бойкот мне объявить решила?

— Нет, что ты. Слишком много чести. Просто тебя… как задачи в списке моих дел, больше не существует.

— Интересно, какие такие задачи, связанные со мной, у тебя были? — саркастично смеется. — Ты же простая домохозяйка, забыла?

Пусть так.

Вот и посмотрим.

Посмотрим, каково ему будет лишиться огромного пласта привычной жизни, обожания и тотальной заботы. Он же, как лев, обласканный вниманием львицы.

Меня было так много в моментах, которые он даже не замечал, а для меня было так привычно — дышать им.

Просто им дышать и жить его интересами, амбициями и стремлениями.

Я ковриком постелила саму себя под его ноги, создавая уют и тепло, будучи всегда рядом, поддерживая в моменты тотальных провалов и опасности, особенно крепко и горячо его любила в моменты, когда он оказывался на дне и на волоске даже от арестов, потому что в самом начале он действовал на грани, чтобы заработать первые миллионы.

Кажется, муж собирается сказать что-то еще, а потом звонит его телефон.