Теперь он боялся меня потерять, ценил каждый миг, когда я была рядом и знал, что он может… и не повториться.

Иногда нужно потерять, чтобы любить без остатка.

— Мам! — дочь Ира врывается в спальню, размахивая конвертом. — Ты не поверишь! Это тебе!

— Что это?

— Письмо.

Конверт самый обыкновенный, простой. Обратный адрес: женская колония.

Внутри — несколько листов, исписанных вручную.

И в самом конце — слова:

«Светлана, я нашла Бога. Прости меня»

Подпись: Мария.

— Ну и? — дочь сверкает глазами. — Что ответишь?

— Она нашла Бога, вот пусть ее Бог и простит, — говорю я и бросаю письмо в корзину. — Ничего отвечать не стану.

В этот момент раздается стук.

— Войдите!

Дверь открывается. Георгий.

В костюме. С тем самым взглядом, от которого у меня до сих пор дрожат колени и в в сердце появляется предательское тепло.

Ира спешит оставить нас вдвоем.

Георгий притягивает меня к себе в объятия, прижимается губами к шее, рассыпая мурашки по моему телу.

— Ты выглядишь роскошно.

— Льстишь?

— Кажется, даже преуменьшаю. Я… — он искренне заглядывает мне в глаза. — Не могу на тебя налюбоваться.

Он целует меня нежно, но горячо, я отвечаю ему, сгорая от любопытства: ведь он пришел не с пустыми руками.

— Кажется, пора остановиться. Или придется снова гладить это платье, потому что я его помну… Дай бог, не порву, снимая с тебя.

— Вот нахал! — отталкиваю его. — Не смей портит мой юбилей! Я кучу гостей позвала.

— Поздравляю, — говорит он и протягивает маленькую коробочку. — Я счастлив, что могу встретить эту дату — с тобой. Спасибо за второй шанс, за всю нашу жизнь.

Я открываю.

Там — обручальное кольцо.

Неприлично дорогое, с крупным бриллиантом.

— В одну реку не войти дважды, — говорю я. — И потом… второй раз замуж за одного и того же мужчину? Вдруг это плохая примета?

Георгий рассмеялся, но чувствуется, что он нервничает.

— Я знаю, что не подарок, но так же знаю, что я не пожалею себя, чтобы сделать тебя счастливой, — он улыбается. — Может, рискнешь?

Я смотрю на этого седеющего мужчину и понимаю:

Да.

Рискну.

— Только если ты будешь загружать посудомойку и приносить завтраки мне в постель, — говорю я, протянув руку, чтобы он надел кольцо.

— На это… я согласен. Почту за честь, — отвечает он, беря мою руку в свои ладони. Люблю тебя. Ты — свет в моей жизни, самое лучшее, что у меня было и есть."