Только не предлагай мне кофе и десерты, у меня такое чувство, что я последние десять дней только и делаю, что пью кофе и трескаю сладости и мороженое. Я хочу простой человеческой еды.

— Например? Мяса? Или ты предпочитаешь рыбу?

— Леш, только ты не смейся… Я хочу спагетти, — призналась она. — Таких, знаешь, обыкновенных длинных макарон с мясом и соусом и салат из помидоров и огурцов.

Они зашли в первое же попавшееся на пути заведение, где в меню значились спагетти, и Настя с удовольствием навернула тарелку макарон и мисочку овощного салата. Только после этого она приступила к изложению своей беседы с сыном доктора Евтеева.

— В общем, я опять вытянула пустышку, — констатировала она. — У меня на вторую половину дня назначены еще четыре встречи, но чутье мне подсказывает, что ничего интересного я не узнаю. Получается, что в Южноморске я бессмысленно потратила и собственное время, и деньги заказчицы. Но зато мне пришла в голову мысль… Будешь слушать?

— Не буду, — усмехнулся Чистяков. — Я ее и так могу угадать.

— Ну, попробуй, — недоверчиво протянула Настя.

— Ты подумала о том, что если у доктора Евтеева так заметно изменился характер в момент переезда из Руновска в Южноморск, то, возможно, именно в Руновске и произошло что-то такое, что имеет отношение к его убийству.

Настя с испугом посмотрела на мужа. Конечно, он знает ее много лет, очень много, и легко может предсказывать ее реакцию на любые события, но чтобы до такой степени проникать в ход ее мыслей… Это невероятно. Неужели правда, что люди, много лет прожившие вместе, становятся похожи друг на друга?

— И есть еще одна вещь, о который ты до сих пор почему-то не подумала, — продолжал Алексей.

 — Мне она давно пришла в голову, но я все ждал, когда ты сама об этом заговоришь. А ты все не говоришь и не говоришь.

Настя поежилась, ей стало неуютно.

— Какая вещь?

— Доктора могли убить вообще не из мести.

— Ну вот, и ты туда же! — с досадой воскликнула она. — Я же тебе тысячу раз проговаривала свои соображения насчет случайного грабителя. Просто ты плохо меня слушаешь.

— Я тебя отлично слушаю. Теперь ты послушай меня. Месть буквально накануне естественной смерти — это действительно штука сомнительная.

А вот убийство пока еще живого человека имеет большой смысл. Не догоняешь?"

"Настя медленно положила на стол зажигалку, которую нервно крутила в пальцах, и пристально посмотрела на Чистякова.

— Ты хочешь сказать, что это могло быть убийство с целью не дать Евтееву совершить определенные действия?

— Именно, Асенька, именно. Например, не дать ему кому-то что-то рассказать. Или обнародовать какой-нибудь компромат, который, кстати сказать, вполне мог у доктора храниться и который изъяли в момент убийства.