Эвелин вздрогнула, хотя знала, что по-другому быть не могло. Эти люди подвергли опасности не только ее, но и весь клан Монтгомери. Многие могли лишиться жизни. А злодеяния Кирстен поставили под удар еще и родственников Эвелин — Армстронгов.

— Куда она пойдет? — негромко спросила Эвелин.

— Мне нет до этого дела. Ей дали с собой много припасов. Она этого не заслужила, но я не могу послать на верную смерть женщину из моего клана. Теперь она может распоряжаться своей жизнью как хочет.

— И мы все — тоже, — заметила Эвелин.

Грэм улыбнулся.

— Это верно, моя девочка. С этого дня новая история наших кланов и наши жизни будут зависеть только от нас.

Эвелин улыбнулась в ответ. Ее взгляд вернулся к прекрасной картине перед глазами — широким просторам земель Монтгомери, где когда-нибудь станут гулять ее дети, которые будут считать своими эти края.

— Я думаю, что мы поднимемся выше любого другого клана.

— Дерзкие слова, подобающие владычице клана Монтгомери, — одобрительно произнес Грэм. — Пойдем, жена, домой. Я ощущаю потребность доказать моей красавице, как лэрд этих мест ее любит."