Мы оставили крепость слишком быстро, опасаясь, что ты сильно пострадала и нуждаешься в лечении. Ты можешь рассказать подробно, что произошло, если, конечно, тебе это не очень тяжело?

Эвелин удивленно посмотрела на мужа.

— Не знал о делах сына? Грэм, да он был там, в темнице, когда Йен меня ударил. Я видела, хотя он спрятался в тени, будто хотел, чтобы его не заметили. Но он был там и все знал.

На лице Грэма отразился охвативший его гнев. Он переглянулся с остальными мужчинами в комнате.

Эвелин дотронулась до его щеки, чтобы он посмотрел на нее.

— Он действовал из страха перед своим сыном, не понимаю почему. Ведь Йен оказался куда меньше ростом, чем я его запомнила, и намного меньше своего отца. Когда я была моложе, он казался мне огромным, как мифическое чудовище. Но, увидев его снова, не могла поверить, что именно этот человек так долго снился мне в ночных кошмарах.

— Он умрет, — ледяным тоном произнес Грэм.

Эвелин с беспокойством взглянула на отца и братьев. Они были очень разозлены. Щеки ее отца побагровели от гнева.

Боуэн шагнул вперед.

— Я знаю, ты сейчас в ярости, Грэм. Трудно тебя за это винить. Но сейчас ты нужен Эвелин и не должен уезжать даже для того, чтобы отомстить за нее. Ты наказал главного виновника ее мук. Позволь, я отправлюсь к Макхью и займусь этим делом.

Грэм отрицательно качнул головой, но отец Эвелин поднял руку.

— Твой брат правильно говорит, Грэм. Сейчас это не твое дело. Твое место рядом с женой. Я дам воинов. Скорее всего Макхью сдадутся без боя. Они знают, что им не одолеть нас.

— Я тоже поеду с ним, — с кровожадным видом вмешался Эйден.

— И я, — сказал Тиг.

У Эвелин закружилась голова оттого, что она быстро переводила взгляд с одного на другого, чтобы следить за разговором.

Когда и Броуди вызвался идти в поход, Тэвис улыбнулся.

— Ну, что скажешь, Грэм? Могут два вождя отойти в сторону и позволить своим самым надежным воинам избавить горы от вероломного негодяя?

— Я предъявляю права на его имущество, — заявил Грэм. — Оно отойдет Эвелин и нашей дочери, когда бы она ни родилась — первой или последней из моих детей. Сын, которого Эвелин мне родит, со временем станет вождем нашего клана. Но я хочу, чтобы дочь имела собственность и никогда не оказалась в ситуации, подобной той, в какую попала Эвелин, когда пыталась избежать брака с жестоким чудовищем.

Глаза Эвелин наполнились влагой, она обняла мужа, и по щекам покатились горячие слезы. Потом, отстранившись, она, не стесняясь присутствующих, поцеловала его в губы. Грэм обнял ее, а Эвелин оглянулась на группу мужчин, занятых планами первого совместного выступления новых союзников — Монтгомери и Армстронгов. Возник спор, кто именно должен расправиться с Патриком Макхью за ложь и измену.

Эвелин отвела взгляд, не желая слышать о смерти.