— Это потому что я стараюсь не тратить время на бесполезные занятия.

— Тогда, что ты тут делаешь?

Выражение его лица и прищур глаз настолько говорящие, что мне даже ответа не нужно.

Просто поразительно, и это в очередной раз заставляет меня приоткрыть рот!

Он сам не знает, зачем он здесь…

Это открытие приводит все мои чувства в диссонанс.

Сглотнув, позволяю его глазам прожигать мои сколько угодно, но мой запал вдруг гаснет. Может потому что я устала ежесекундно бороться за все подряд, а может потому что я не хочу искать причин его появления вместо него самого, особенно, когда тихим, но твердым голосом он все же произносит:

— Просто сядь в машину.

Подойдя к нему вплотную так, что мой пуховик касается его груди, спрашиваю:

— А если не сяду?"

"Разгадывать его эмоции — великолепное занятие, ведь он прекрасно умеет их скрывать, но даже это каменное спокойствие разгадать проще простого, потому что его глаза смотрят на мои губы, и мои вдруг принимаются делать тоже самое!

— Промокнешь, как курица, — не двигаясь, говорит он.

— Я забыла, что ты у нас Робин Гуд, — протянув руку, провожу ею по его щеке, стирая с нее капли и балансирую на грани своих ощущений, когда жесткая щетина щекочет ладонь.

Эти ощущения знакомы настолько, что я будто на полной скорости несусь с обрыва!

Вздрогнув, он напрягает челюсть, вместе со вздохом раздувая крылья своего носа.

— Это что еще за херня? — хрипловато спрашивает Рома.

— Мысли вслух, — отдергиваю руку, не собираясь ничего ему объяснять.

Посмотрев на салон, делаю три крошечных вдоха, прежде чем сказать:

— Можешь отвезти меня домой.

Такая постановка вопроса нравится мне, но явно не нравится ему, потому что я сажусь в салон под его красноречивое молчание.

Но то, что сегодня и здесь я решаю, сможет ли он дотронуться до меня хоть одним своим пальцем, окрыляет настолько, что знакомый запах салона кружит мою голову и заставляет дрожать внутренности.

Сняв шапку, пристегиваю ремень, пока Рома занимает свое место, а потом… на меня опускается это обманчивое чувство безопасности, которое я изо всех сил пытаюсь прогнать, спрашивая:

— Как ты меня нашел?

— Это проще, чем ты думаешь, — отвечает, нажимая на газ, и от рычания мотора проклятый мандраж снова проходится по моим венам.

— И все же… — игнорирую его насмешливый взгляд на своем лице.

— У меня есть номер твоего телефона. Я мог бы найти тебя даже у слона в заднице, — плавно отъезжает он от тротуара.

Сквозь мокрое стекло и тихие команды навигатора, пытаюсь не замечать того, что Центр города становится все дальше и дальше, переходя в очень знакомые спальные районы. Висящая в салоне тишина волнует меня так же, как судьба пингвинов в Арктике, то есть на ноль из пяти.