– Я хочу увидеть тебя в дневном свете, – произнес Кадар, и в его голосе послышались хрипловатые нотки. – Хочу видеть, как солнце вспыхивает язычками пламени в твоих волосах. Хочу повернуть тебя лицом к окну и вместе с тобой смотреть, как мимо скользят корабли, когда я скользну в тебя. Это возбуждает.

– Ты сошел с ума, – неуверенно проговорила Эмбер.

Неуверенно, потому что он был прав. Она возбудилась. Груди налились, соски затвердели, а между бедер стало жарко и влажно.

– Знаю. Не хочешь присоединиться ко мне в моем безумии?

Должно быть, кто-то ответил «да» вместо нее, потому что она не узнала свой голос. Кто-то – не она – произнес это слово с придыханием, с едва сдерживаемой страстью, что вызвало у Кадара низкий рык, отозвавшийся в ее теле.

Он медленно раздевал Эмбер. Мучительно медленно, задерживаясь, чтобы отдать должное тем участкам ее тела, которые обнажал, – плечам, локтям, грудям.

Кадар снял с нее туфли, подержав каждую ступню в руках, стянул джинсы, легкими поцелуями касаясь чувствительной кожи на внутренней поверхности бедер, колен, лодыжек.

Эмбер дрожала, пока он прокладывал влажную дорожку из поцелуев по ее телу, дразня женщину горячим языком и пальцами. Нежное прикосновение к соскам – и по ее коже побежали мурашки. Она превратилась в средоточие одного желания – утоления жестокого голода, терзавшего ее.

Кадар развернул Эмбер, и она локтями оперлась о подоконник.

– Не забывай смотреть на корабли, – прошептал он ей на ухо, лаская ее, пока не нашел заветное местечко.

Он простонал, а затем раздались звуки расстегиваемой молнии и разрываемой фольги.

– Считай их, – снова услышала Эмбер его голос, хриплый, полный страсти. – Вслух.

– Кого? – не поняла она, упиваясь их близостью.

– Корабли, – глухо рассмеялся Кадар.

– Один, два, три… – послушно начала женщина, а затем почувствовала его прикосновение и сбилась со счета.

– Продолжай считать, – отрывисто велел Кадар.

– Четыре… Пять… – Эмбер прогнулась и шире раздвинула ноги. – Шесть…

И в ту секунду Кадар вошел в нее, постепенно заполняя.

Эмбер тут же забыла о кораблях и обо всем на свете.

– Считай!

– Шесть… – сумела выдавить она, и ее глаза широко раскрылись. – Нет, семь… Восемь…

О боже!"

"Темп нарастал. Корабли перемешались перед глазами, Эмбер запуталась, какие она посчитала, а какие нет. Она ощущала только одно: он – внутри. Она еще продолжала считать, но вряд ли в этом был смысл, потому что ею завладели эмоции.

Они накатывали волнами, одна выше другой, унося Эмбер все дальше и дальше от тверди земли. Молодая женщина словно рассталась с телом – такой легкой и воздушной она чувствовала себя.