Меня накрывает раздражение от его излишнего любопытства либо, а может быть, от того, что я бы хотела, чтобы мы с Климом были любовниками в жизни, а не только в своих фантазиях.

– Мне кажется, ты забываешься. Ты представил меня всем как свою девушку, хотя тебе отлично известно, что нашим отношениям еще далеко до подобных ярлыков.

– Ну, прости, до тебя как-то девушки не противились, когда я так обозначал их статус, – произносит он с иронией, пряча руки в карманы брюк.

Да уж, между ним и Климом слишком много общего, и больше всего их объединяет то, что они оба самодовольные индюки.

– Ну, вот одной из них можешь и позвонить – наверняка некоторые до сих пор думают, что ты их парень. – Я не испытываю ревности, только может быть немного задетой, по неволе оказавшись в строю претенденток на Самойлова. Однако, я рассчитывала, что моя маленькая комедия может уравнять нас. Пользуюсь этим шансом, чтобы покинуть террасу с обиженным видом, но Самойлов мне этого не позволяет, ловит мою руку, останавливая.

Он слишком близко, и мне приходится отступить назад, пока я не натыкаюсь спиной на шершавый камень стены.

– Мы знакомы месяц, за это время ты так и не подпустила меня к себе.

– Его руки ложатся на мои плечи, и я замираю, как кролик перед удавом, понимая, к чему он клонит. Он, видимо, раздосадован именно тем, что Климу в свое время досталось больше, чем ему сейчас. Всего лишь малость задетая мужская гордость, которая всегда для меня оборачивается болью и слезами.

Сглатываю, смотря в его глаза и понимая, что сейчас он хочет получить.

– Андрей, извини, но я пока не готова. – Я кладу ладони ему на грудь, нажимая, чтобы он отступил назад и отпустил меня. Но по глазам вижу, что он не из тех мужчин, что привык к отказам.

Моё сердце быстро бьется, но не из-за возбуждения или предвкушения. Мне не по себе от того, что он не отпускает меня, не дает мне уйти. Очередной мужчина, для которого женское «нет» – пустой звук, и статья в законе за изнасилование ему не указ.

Он сжимает мои плечи, еще сильнее прижимая меня к холодной стене, и целует, демонстрируя всё свое мастерство, рыская при этом руками по моему телу. Я сильнее давлю ему на грудь, но он даже не обращает внимания на моё сопротивление, подавляя его своей силой, вжимая меня в камень стены.

Внутри зарождается паника, лишающая сил, чувствую в руках лишь слабость и вновь не понимаю, почему это происходит со мной! Неужели эта кара за то, что я воспользовалась нашим знакомством, чтобы попасть на этот вечер? Карма со мной слишком скоро решила устроить расправу.

Щелчок зажигалки и сухой тон Самгина спасли меня, я подхватила подол платья и сбежала от них, не желая более участвовать ни с кем в разборках. В ушах бьется кровь, а глаза щиплют слезы обиды.

Он напугал меня.