Она кусает губы, пытаясь сдержать рвущийся наружу крик, и тогда нас точно смогут услышать на первом этаже. Представляя, как сюда завалится светская тусовка чтобы наблюдать за этим действом, начинаю улыбаться: это решило бы половину моих проблем, создав новые, но оно того стоило бы.

– Тсс. – Я закрываю ладонью её рот, и она мычит в неё, прожигая меня взглядом полным ненависти, обиды и слез. – Расслабься, сладкая.

Замираю в её теле, войдя на всю длину, давая ей привыкнуть ко мне, и убираю руку со рта, почувствовав, что она больше не сопротивляется мне, чтобы услышать очередное «ублюдок» в свой адрес.

Когда она успокаивается, я выхожу из неё на мгновение, чтобы еще смазать член её же смазкой, и вновь вгоняю его в плотно обхватывающие стенки аккуратной задницы, растягивая половинки, чтобы наблюдать с садистским удовольствием за тем, как мой орган проникает в неё.

– Ты такая горячая, – шепчу я, утыкаясь носом в макушку и продолжая плавные движения сквозь её болезненные всхлипы, опуская руки на её покачивающуюся в такт движениям грудь, царапая ладони напряженными сосками, и сжимаю, словно хочу, чтобы они отпечатались на моей коже.

Она все еще пытается препятствовать моему вторжению, но я замечаю, как с каждым толчком её настроение меняется, она отдается новым ощущениям и постепенно начинает двигаться в направлении к моему члену, а хриплые стоны из болезненных меняют тональность, выдавая получаемое удовольствие. Наблюдаю через зеркало картинку того, как её рука тянется к клитору, понимая, что придумать что-то более возбуждающее и порочное сложно.

Сжимаю её бедра, вколачиваясь в неё, рассматривая её гибкое тело через гладкую поверхность зеркала. В ней все создано для утоления моего желания, и я замедляю свои движения, медленно выходя из неё, чтобы вновь заполнить её собой. Алена закатывает глаза, продолжая себя стимулировать, и я накрываю её ладонь на лобке своей, утопая в её влаге, помогая ей достигнуть пика. Громкие стоны моей девочки ласкают мне слух, множа удовольствие.

Из головы совершенно вылетело, что их можно услышать на первом этаже.

Её тело пронзают такие сильные судороги, что мне приходится с силой прижать к себе девушку, иначе она непременно упала бы на пол. Обнимаю её, продолжая находиться внутри её тела, совершая короткие толчки, которые только продлевают агонию. От этого зрелища я больше не в состоянии себя сдерживать и кончаю, находясь глубоко в ней, не покидая её тела пока полностью не извергаюсь в нее.