Потом Лялька строго сказала:

– Колись!

И Верка, разревевшись, все выложила. Они молчали. Таня гладила Верку по руке.

– Валить надо, — жестко проговорила Лялька. — Другого выхода нет.

Верка усмехнулась:

– Как же, свалишь от него!

– Не отпустит, — подтвердила Таня.

– Ну тогда — пропадай! — бросила Лялька. — Ведь оттуда — вход рубль, выход — два.

– Вот именно, — вздохнула Верка.

Все замолчали. Погуляли, называется…

Лялька еще раз встретилась с Таней — Верка от встречи отказалась, ссылаясь на болезнь Лиечки. Лялька потащила Таню в магазин. Купила брюки и две кофты.

Оставила деньги на сапоги и подарки Кирюшке. Таня отказывалась, как могла, но от Ляльки так просто не отделаешься.

Взяла. Разревелась:

– Сколько ты для меня делаешь!

Лялька махнула рукой:

– Ерунда, не заморачивайся. Ведь все могло быть и по-другому. В смысле — наоборот. Тогда бы ты — мне. Разве не так?

Таня кивнула. Конечно, так. И никак — по-другому.

И вообще — жизнь, она такая… круглая. Сегодня ты, а завтра — тебе.

Светик

В Сочи было неплохо. Ну, не роскошь, конечно, но ничего. Сойдет. Светик не сомневалась, что в ее жизни еще будут разные моря и океаны.

Гостиница была роскошная, номер уютный, питание приличное. Светик лежала на деревянном лежаке, покрытом ярким махровым полотенцем, и читала детектив. По сторонам не смотрела. На мужские взгляды — плевать. Она и так про себя все знает. Подтверждения ей не нужны. Конечно, клеились. Разного возраста и калибра. Она проходила мимо и презрительно фыркала. Сюда она ехала не за приключениями. И вообще, эта сторона вопроса ее мало интересовала. Скучно ей не было. На дискотеки и ночные бары было плевать.

На второй неделе, однако, все же затосковала.

Подвалил один парень. Фигура — бог на Олимпе. По разговору поняла — из фарцы. Посидели вечером в ресторане, съели каре из барашка, выпили вина. Прогулялись по набережной. Он проводил ее до гостиницы, прижал к себе — пылко и страстно. Светик вяло подумала: «Ну, ну… А впрочем — почему бы и нет? Для здоровья не повредит. Вон какой конь. Копытом бьет — земля трясется». Она посмотрела на него и решила: «Ну пойдем. Коли так вышло». Разделась, села на кровать, посмотрела на него оценивающе и сказала:

– Смотри, не разочаруй.

– Ну, ты даешь, подруга, — обалдел он.

Светик нырнула под одеяло. В три часа ночи сказала:

– Иди. Я люблю просыпаться одна.

Он, заспанный, с неохотой начал натягивать джинсы.

Светик отвернулась к стене и моментально уснула.

Утром подумала: «А на фиг все это было нужно?» Хотя, справедливости ради, надо было сказать, что ночью все было совсем неплохо…

Зоя

У Зои — куча дел и планов громадье. Взялась за докторскую. Сидела до глубокой ночи, потому что с работы уходила поздно — позже всех. Родители одновременно и резко сдали.