И она – моя, правда, я еще не успел сказать ей об этом, – тихо говорил Боунс, и по мере того, как смысл его слов начал доходить до меня, мои ноги все хуже справлялись с тяжестью моего веса. – Но, как только доберусь до берега, она тут же об этом узнает."

"Я вскинула голову и всмотрелась в приближающийся катер. Он подошел к берегу, сбросив скорость. Боунс в прилипшей к телу майке спрыгнул в воду и двинулся в моем направлении, шатаясь от накатывающих волн. Я уронила плед и бросилась к нему навстречу. И больше никто не пытался меня удержать.

Не знаю, о чем он думал, пока расстояние между нами быстро сокращалось.

Не знаю, чувствовал ли то же, что и я. Но для меня смысл существования внезапно воплотился в этом человеке, одном-единственном, не сводящем с меня глаз. Он едва держался на ногах. Мокрая одежда облепила его тело – он, не раздеваясь, бросился за мной в воду. Над нами нависло тяжелое темное небо, не сулящее нам обоим ничего хорошего.

Я бежала к Боунсу, увязая в месиве из морской пены, тины и песка. Не отдам его стихии! Как только мои руки обхватят его за шею, он станет принадлежать мне. Я заберу его домой – под надежную крышу, под теплое одеяло, в мои горячие объятия.

Я отогрею его, заставлю его забыть, что мы едва не потеряли друг друга. Я буду любить его. Уже люблю.

– О небо, – выдохнул он, прижимая меня к себе. И то ли это восклицание прозвучало как мое имя, то ли мое имя прозвучало как восклицание.

– Боунс, – ответила я, обнимая его, грея поцелуями его лицо.

– Я поклялся, что если вновь увижу тебя живой, то скажу все, что не решался сказать. Флоренс, я хочу видеть тебя рядом бесконечное число дней и ночей. Хочу, чтобы ты была в моей жизни, в моем доме и в моей постели.

И пусть катятся к дьяволу все, кто считает, что я хочу слишком много. Ты выйдешь за меня?

* * *Воздух. Он закончился. Во всей Вселенной больше не осталось ни молекулы кислорода. Я стала задыхаться, открыла от изумления рот и заглянула Боунсу в глаза. Они блестят так ярко. С волос течет вода. Лицо – нездорово-бледное, взволнованное. На губах – дерзкая улыбка.

Так и есть. Он бредит.

– Ты не в себе. – Я обняла его за талию, желая поддержать. – Идем-ка…

– Нет, я очень даже в себе, – возразил он. – И мне нужен ответ прямо сейчас.

К нам подошла пара спасателей с одеялами и горячим питьем.

Следом за ними приблизился доктор Крюгер в очках как у Сайты. И всхлипывающая Фиона. Я отошла в сторону, но Боунс последовал за мной, отмахиваясь от сестры и суетящихся рядом врачей.

– Флоренс! – произнес он возбужденно. – Если ты не скажешь да, то…

– Боунс, это все стресс. Ты не осознаешь, что говоришь.

Я не на шутку встревожилась. Конечно, мне не впервой было слышать всякий бред от Боунса, но на этот раз он и правда меня беспокоил. Особенно полыхающее пламя у него в глазах.