— Уверен, в твоём гардеробе полно других платьев.

Она впивается в него сузившимися глазами, готовая вот-вот зашипеть, как рассерженная кошка, — но всё же умудряется задавить свою истерику на корню в считанные мгновения. Ну да, разве ж можно столько усилий по налаживанию отношений загубить мимолётным всплеском эмоций.

— Ладно, — неохотно бросает Ангелина. — Ты прав, милый. Мне нужно срочно переодеться и ехать на первый показ.

— Уже устроилась на работу?

— Тимур был рад, что я решила сотрудничать с его агентством… Что ж, я побежала. Ещё увидимся.

Когда она проходит мимо меня, направляясь по дорожке к высоким монолитным воротам, то вдруг спотыкается. То, что это сделано специально, я понимаю в следующую секунду, услышав ее ненавидящие слова, сказанные вполголоса:

— Он не разведется со мной, дура малахольная! А даже если он и разведется, то на такой, как ты, точно не женится. Я тебе гарантирую.

Глава 5. Мачеха-шантажистка

После визита Ангелины мы с боссом разговариваем мало. Я занимаюсь детьми и постоянно думаю о ее последних словах, а Царевичев собирается уехать по делам.

Перед самым отъездом он перехватывает меня в коридоре возле лестницы как раз в тот момент, когда я хочу улизнуть в свою гостевую спальню, и требовательно спрашивает:

— Точно сбегать не будешь?

— Точно, — бурчу я, глядя себе под ноги.

— Тогда я скажу охране, что ты можешь выходить из дома. Но только в сопровождении.

Я быстро поднимаю на него глаза. Царевичев смотрит на меня и мрачно, и нежно одновременно. Красивые твердые губы кривит невесёлая усмешка."

"— Я не такое чудовище, как ты, наверное, думаешь, Катя. Ты свободна… но только рядом со мной, пока Филин не будет пойман, — сообщает он и, помедлив, хмуро добавляет: — Я хотел сказать тебе ещё раз насчёт Ангелины и того поцелуя. Это всё не…

— Она будет жить здесь? — поспешно перебиваю я.

Мне ужасно не хочется обсуждать затронутую им тему, да и вообще говорить о чувствах. Это всё бессмысленно, пока он женат.

Заметно, что босс воспринимает мое нежелание слушать его по-своему, в самом негативном ключе, потому что его лицо мрачнеет ещё больше. А на щеках играют желваки.

— Нет, — жёстко отвечает он. — Она будет жить в моей городской квартире, и это не обсуждается.

— У меня создалось другое впечатление. И что ты будешь делать, если она снова заявится?

— Ее сюда не пустят в мое отсутствие. Не волнуйся, я с ней разберусь. Катя… верь мне. Ты должна мне верить.

— Посмотрим. Хорошего тебе дня, Артём.

Я осторожно обхожу его, чтобы пойти к себе в комнату. Чувствую преграждающее движение его руки и ловко уклоняюсь в сторону.

Царевичев предостерегающе бросает мне вслед:

— А я твоему слову верю. Так что не вздумай убегать.

В гостевой спальне меня накрывает глухое раздражение.