Как развратно я, должно быть, сейчас выгляжу. Как платье мятой тряпкой болтается в районе талии. Как я стону и прогибаюсь, как прошу Назара не останавливаться, пока он вколачивается в меня быстро и мощно. До влажных шлепков и ярких искр перед взором.

— Ну так что, Катюш, готова повторить, как ты меня назвала? — намотав мои волосы на кулак, Назар поворачивает моё лицо к себе. — Глаза открой. На меня смотри и отвечай. Готова?

Низкий хриплый приказ вибрирует на губах, поглощая меня, и я незамедлительно встречаюсь с Назаром взглядом. Едва вижу его лицо. От кайфа в глазах всё плывёт, мутной поволокой затягивается.

— Не слышу ответа, Кать… Не слышу, — практически рычит он, замедляя движения своих бёдер до мучительно плавных, спокойных, вынуждающих меня скулить и просить о большем.

Господи! Да этот «старичок» Бог секса! Мне не с чем сравнить, но я уверена, что лучше, сильнее и сексуальнее его мужчин в мире нет. И, видимо, мои жалобные мольбы и исступлённые стоны ясно дают Назару понять, что я не считаю его старым и немощным. Усмехнувшись, он с одержимостью вжимается лицом мне в щёку и снова ускоряет темп проникновений, стремительно подводя меня к взрыву.

— Да! Да! Да! Боооже! — в беспамятстве кричу я в момент, когда меня сносит оглушительная волна оргазма.

Хватаюсь со всех сил за несчастную берёзу, как за единственную опору, способную помочь мне устоять на ногах, и сотрясаюсь в безумно сладостных судорогах. Они волнами, одна за другой, окатывают тело от корней волос до кончиков пальцев, пока Назар продолжает в меня врываться, удерживая за волосы и прижавшись губами к моей щеке. Правда, сегодня он не повторяет вчерашний сюжет бесконечного секса, а буквально через несколько толчков улетает вслед за мной.

Назар замирает и хрипло стонет. Чувствую, как он во мне пульсирует и набухает ещё больше, запуская своё удовольствие по всему моему кровотоку.

Когда мы прекращаем дрожать, мир замирает, все звуки приглушаются. Остаёмся только мы двое и наши учащённые дыхания. И я не хочу это менять. Назар, похоже, тоже. Он не спешит отстраняться и позволить мне привести себя в порядок. Проводит пальцами по моей влажной шее, касается подбородка и надавливает на нижнюю губу, заглядывая в глаза.

— Я не отпущу тебя никуда, Кать, — своим твёрдым, непоколебимым голосом, точно ножом, Назар вырезает эти слова на моём сердце.

И я до безумия желаю, чтобы это было возможно — забыть обо всём на свете и остаться с ним навсегда, но пелена похоти и страсти спала, и теперь я в состоянии мыслить здраво.

— Отпустишь, Назар. У нас не может быть никакого будущего.

— Кто тебе это сказал? Твои родители, которые решают за тебя, как тебе жить?

— Назар… пожалуйста… Не надо. Я же сказала, что в моей семье всё сложно.