Впрочем… Я одобрю один короткий диалог с приговорёнными, если это тебе настолько важно! Да будет так!

Старое дерево развернулось к выходу, телохранительницы повторили её движение. Остались только мы с Аивой.

— Андрюш, зачем это тебе? — спустя время поинтересовалась девушка. — Неужели думаешь, будто твои слова что-то изменят? Что ты им хочешь сказать?

— Правду! — ухмыльнулся я. — Правду…

Аива нырнула ко мне под бочок безо всякого сексуального подтекста, и мы просто лежали в объятиях друг друга, наслаждаясь теплом наших тел. Мы даже не разговаривали, до тех пор, пока за мной не пришли. Вошедшая — совсем молоденькая дриада — пригласила на собрание. Преодолев слабость, я поднялся со своей лежанки и отправился за малышкой.

К моему удивлению, мы оказались на огромной поляне, в центре которой горел большой яркий костёр! Зная культ этих девушек, их поклонение деревьям, было очень странно увидеть открытый огонь. Хотя, присмотревшись, я понял, что горит не древесина, а какой-то минерал. Возможно, каменный уголь или что-то, заменяющее его здесь.

Откуда-то из угла поднялась древняя и торжественно объявила:

— Мы собрались здесь по весьма прискорбному поводу! Сегодня мы отправим к деревьям трёх наших сестёр, которые ошиблись. Но они погрязли в своих заблуждениях, и их уже не исправить и не переубедить. Мне грустно это говорить, но сегодня они взойдут в священный огонь! Перед церемонией наш гость возжелал переговорить с отступницами. Что скажет общество? Дадим им такую возможность?

Раздался гул голосов, в котором я не вычленил ни единого слова. Однако Мать торжественно объявила:

— Да будет так! Приведите нарушительниц воли народа!

К моему удивлению, арестанток ввели несвязанных, и даже охраняла их одна молоденькая девушка. Дриад расположили возле костра. Затем та же девчушка жестами позвала меня, и я вышел. После одобряющего кивка старейшей начал речь, подняв голос:

— Я знаю, что вы горюете о потере своих сестёр при стычке с людьми. И сейчас в вас пылает праведный огонь мести! Он нужен и важен, без него вид теряет право на существование и живёт очень недолго.

По рядам зрителей прошелестел возмущённый ропот, который моментально стих, стоило мне продолжить.

— Наш народ отличается от вашего! Мы не едины, каждый преследует личные цели, и лишь немногие заботятся о благе своего вида. Для многих вы лакомая добыча. Ваш мир людям не нужен, а вот диковинные и красивые зверушки, коими объявят вас жадные дельцы, их сильно заинтересуют.

На этот раз ропот был ярче и громче, дриад явно задели мои слова.

— Меня можно убить. Но на смену придут другие, которые не будут толерантны и дружелюбны. Я тоже прибыл сюда с корыстной, но взаимовыгодной целью — торговлей.