– Сергей Владимирович, оставь ты его, ну ведь правда допросишься, – проговорил, отпивая из кружки, Алексей. – Видишь, Живан Николаевич не в духе. Давайте уже, господа, доедаем, допиваем и пошли пешком в полк, по пути как раз и проветримся. Вон Александр Павлович какой молодец, мы только ещё с постелей соскреблись, а он уже по делам убежал.

– Так у него обоз с утра с дровами, – заметил нарезавший буженину Скобелев. – Вчера, пока мы полк размещали, за купцами сразу послал. Срядился с двумя ижорскими. Вот утром из-за Колпина и должны были два обоза прийти, встречает, небось, их.

– Да уж, зима в самой середине, дров ещё ох как много нужно будет, – подтвердил Дементьев. – А сейчас их санями самое то завозить, особенно если просушили правильно. Прямо сразу в печку можно закладывать."

"Пятёрка старших офицеров – егерей вышла из Дьяконовского переулка и поспешила по длинной улице в сторону Семёновской площади. С Финского задувал ветерок, мороз пощипывал щёки и уши, и они на ходу их потирали. Вот и полковые казармы, около входа в каждую стоит свой часовой, возле той, где располагался полковой штаб, их, как и положено, – двое.

Тот, что справа, рябой, со знакомым Алексею курносым лицом, лягнул что есть сил каблуком дверь, и, распахнув её, наружу выскочил молодой офицерик.

– Ваше высокородие, в полку без происшествий! – зачастил он, рапортуя. – Роты только-только подняли, велено было не спешить, дать егерям поспать! В лазарете двое, на полковой гауптвахте из проштрафившихся никого нет. Нижние чины по списку проверены, все в наличии. Докладывает помощник дежурного по полку прапорщик Шталь!

– Офицеры все в расположение вернулись? – поинтересовался Егоров.

 – К ним замечаний никаких не было?

Молодой офицер покраснел и, ещё более вытянувшись по струнке, продолжал молча стоять перед командиром полка.

– Ну что застыл, прапорщик, нечего сказать? – усмехнувшись, спросил Егоров. – Мне повторить свой вопрос?

– Не надо, ваше высокородие, – выдохнув, ответил тот тихо. – По наличию офицеров, виноват, доложить ничего не могу, но замечаний к ним у меня нет.

– О как, – с усмешкой проговорил Алексей. – Ладно, разберёмся. Живан Николаевич, проверь сам, как там оно в командирской казарме.

Всё понимаю, только из похода люди вернулись, устали. Отдых, поправка им нужна, лишь бы только без дури обходилось. Ну да не мне тебе объяснять, сам всё прекрасно понимаешь.

– Слушаюсь, господин бригадир. Всё понятно, проверю каждого и доложусь вам.

Милорадович направился к стоящему крайним в ряду строений зданию, а все остальные зашли в полковой штаб.

– Ваше благородие, простите великодушно, у вас одной пуговицы на шинели нет, – тихо проговорил стоявший на часах Лыков.