Зачем ты снова появился? Ушли, так скатертью дорога, сделаем вид, что мы не знаем друг друга.

— Да послушай, черт, так вышло, мы не могли иначе.

— Не могли и не надо. Есть такое «не судьба». Так вот, Игорь, не судьба.

— Не говори ерунды. Я так соскучился.

А вот сейчас точно был запрещенный прием, тянет резко на себя, фиксируя пальцами подбородок, целует, царапая кожу отросшей щетиной. Горячие губы на моих, они обжигают, лишают воли, вспыхиваю ярким огнем в его руках, начиная жить и дышать, как раньше.

— Так скучал, сил нет, ты не представляешь, Кри-и-и-исти-и-ина-а-а, — нарочно тянет мое имя.

Вновь засасывая губы, лаская их языком. Еще немного, и моя мнимая сила воли рухнет к ногам мужчины, что оставил и ушел.

— Ой! — громкий вскрик моей напарницы, а я понимаю, что это еще один долбаный пиздец в моей жизни. Вот прям реальный финиш карьере.

— Отпустите немедленно, — отталкиваю Громова, тот мало что понимает. А я, замахиваясь, влепляю ему пощечину. — Не смейте меня трогать, я стюардесса, а не проститутка, нельзя пихать в меня свой грязный язык и щипать за попу.

Громов потирает щеку, хмурит брови, смотрит на Машу, та реально в шоке, как и я.

Долго смотрит на меня, тяжело дышит.

— Извините. Похожа оказалась на мою бывшую, сучка, такая была дерзкая, всю душу вынула, вот, не удержался.

Господи, дай закончиться этому рейсу без приключений.

Глава 5

— Иди ко мне.

— Игорь, прекрати, я устала и хочу есть.

— Я дам тебе много белка.

— Фу, Громов, какой ты пошлый, господи, не понимаю, как ты вообще раньше знакомился с женщинами.

— Зачем с ними знакомиться? Платишь и трахаешь. Или не платишь, а просто трахаешь.

— В тебе нет ничего святого, одна пошлятина, а я считала тебя романтиком.

Кристина стоит практически голая, потому что белая длинная футболка, надетая на ней, ничего не скрывает. Солнце просвечивает ткань, видны все изгибы, соски торчат, я знаю, что она без трусиков. Мой член медленно встает, наливаясь возбуждением."

"Я точно животное, готовое не слезать с этой девочки часами. Трогать, лизать, целовать, засасывать соски, растирать влагу на половых губах пальцами.

— Иди ко мне, — тяну за руку, она вырывается, ест котлеты руками прямо из сковородки. — Горелые ведь.

— Ты виноват в этом, — говорит с набитым ртом, так сексуально облизывая пальчики, жир стекает с губ, подбирает его языком, а я сам сглатываю слюну, поправляя член в домашних брюках.

— Даже не думай, — Кристина показывает пальцем на мой пах. — Вы мне там все натерли. И прекрати так похотливо смотреть.

— Я залижу все твои складочек, что натер, обещаю, хочешь прямо сейчас?

— Игорь!

Торопливо прижимаю девушку к себе, убираю упавшие на лицо светлые волосы, целую в губы.

— Ничего вкуснее не пробовал — женщина со вкусом и запахом котлет.